Зашевелились. Внесён проект возврата смертной казни — для пущей увлечённости от всеобщей усталости пока только для коррупционеров. Не удивлюсь, если они для выпуска пара и Ленина начнут хоронить, причём параллельно с возвратом Сталина на освободившееся место и истукана, повешенного народом на Лубянке. Дели и диктатурь!

Но август в России неминуем, жаль что голосов совести не слышно. Герои вы где? Сейчас перечитываю многое. Так вот у Шаламова почти нет надежды в привычном смысле. У него надежда — это не обещание скорого счастья, а отказ лгать, забывать и примиряться. В этих трех глаголах секрет как стать Совестью, но мужество и ум добавлять по вкусу. Для меня лично «надежда по Шаламову» — не победа и не торжество, а память, которая переживает палачей.

К так называемой победе,
Назло медведю и лисе,
Проеду на велосипеде
Вдоль по обочинам шоссе.

И вот земли-стенографистки
Рассказ на глине и песке:
Ее предсмертная записка,
Забытая невдалеке,

Зарытая в дорожных ямах,
В геологических шурфах.
Все, что не высказалось прямо,
Закоченело на губах...

Но кто прочтет иероглифы,
Какой придет Шамполион,
Чтоб разгадать глухие мифы, –
Услышать человечий стон.