Boyarskie’s Life Journey

Я очень хочу знать больше про искусство Аргентины. Но после первых месяцев с постоянным вдохновением исследовать музеи и узнавать больше я как будто почувствовал себя достаточно местным, чтобы тяга к культуре прилегла отдохнуть. Но пока этот вот канал замьютить не могу, на него энергия есть. И кстати сам по себе перформанс, о котором перепост ниже, — хорошая метафора про нашу эмигрантскую жизнь. Я когда смотрю на вещи из нашей московской квартиры, окружающие нас тут, думаю, что люблю их в первую очередь за наше общее с ними прошлое.

На уроке испанского узнал, какие есть названия у попкорна в разных странах Латинской Америки. Прикол. У нас это pochoclos.

У нас по пути в школу из старой квартиры висит такой огромный постер на всю стену. Реклама краски для волос. Почему-то дети называют эту женщину «злодейкой». Даже попросили сфоткать им на память.

Вчера Ханне исполнилось 10 лет. Это какое-то большое для меня событие, мне даже сложновато оказалось его вместить, и я пока не успел его хорошенько обдумать. Как будто тут надо сказать о том, какая у нас растёт дочка, как много мне даёт этот (реально) очень счастливый дар быть именно её папой. Была приятная добрая вечеринка у нас дома. А позавчера в Аргентине отмечали День Отца, вообще международный праздник, хотя даты в разных странах отличаются.
Кроме того, вообще множество других мелких и покрупнее событий произошло у нас за последнее время. В основном это касается обустройства дома, всяких покупок и трансформаций пространства, в том числе не свершившихся. Я почти каждый день вешал полки, картины, разбирал коробки и перемещал предметы с места на место. И я регулярно начинал мысленно про это писать и рассказывать, но что-то мне мешало, отвлекало как будто. Вроде бы не всё ещё готово, не буду пока показывать результат. Или типа нет сейчас времени записывать, потом. Но позже я отследил в себе, что дело не только в делах и суете. За последнюю неделю несколько раз, встречая знакомых на улице, я замечал, что в ответ на «Как дела?» я начинаю что-то рассказывать, а мне в ответ: «Да, я читал! А как ваш переезд?» или что-то такое. То есть мне надо лично что-то другое иметь в голове, даже для не самых близких знакомых. И впервые в жизни меня как-то неуютно накрыло то, что я раньше не чувствовал. Будто я вкусил плод познания и почувствовал собственную наготу. Ведь я демонстрирую тут очень личные переживания, выкладываю фотки личного пространства, делюсь своей жизнью. Раньше меня это вообще не беспокоило. И чужие такие вот чувства меня удивляли. Надо с этим побыть.

Я очень хочу написать про чувства и мысли, которые вызвало во мне последнее интервью Веры Полозковой. Я некоторое время стеснялся, ведь мы с ней очень давно знакомы, ещё до её всенародной известности, и Вера всегда была очень милой и приветливой со мной. Мы вылетели из России 7 марта 2022 года на одном самолёте до Дубая, она в Индию, а мы в Непал. Я даже писал ей в прошлом году, что хотел бы увидеть Буэнос-Айрес у неё в концертном маршруте. Да в общем и сейчас хочу, что там скрывать, хотя я ни разу её не слушал (и стихи мне не близки, я вообще не понимаю поэзию, к сожалению). Но тут у нас так не хватает русскоязычных культурных событий в отличие от Европы!

Так вот, несмотря на это, я не могу молчать. Меня очень взволновало то, что я там услышал. Что в интервью меня зацепило? Всё те же вопросы распределения ролей в семье, катастрофических последствий патриархата, сложности выращивания детей в современном мире без деревни на подхвате, одиночество обоих в паре, если не пытаться идти друг к другу и тд. Очевидные вещи вроде «да кто у них ещё абьюзер» я писать не хочу, это понятно. А вот то, что мне показалось важным: чтобы в семье всё было хорошо, и власть, и обязанности должны распределяться между всеми. Власть — это про доступ к ресурсам, право на личное время, право голоса в принятии решений (и больших, и маленьких). Обязанности — про то, что приходится делать не только то, что нравится и классно получается, но и то, что бесит и неинтересно. Иногда надо быть тем родителем, который создаёт дома праздник и зарабатывает на отпуск, а иногда другим, который каждый день варит скучную кашу на завтрак и дует на ушибленную коленку на прогулке. А иначе — та самая усталость и депрессия неувиденного партнёра. Которая, конечно, раздражает, но что поделать. Мне очень больно было слушать, причём жалко всех членов этой семьи. Семейный корабль тонет, и в этот момент страдают и капитан, и его матрос, и пассажиры.
А, да, ещё как муж психотерапевтки очень хочу сказать об этических нормах! Разумеется, никак нельзя обращаться за психологической помощью к своим друзьям или друзьям семьи. И отправлять к ним партнёра тоже. Даже если это самый лучший специалист.

Спасибо молчаливо кивавшим интервьюеркам, которые дали Вере возможность выговориться совсем из другой позиции, чем обычно звучала в её инстаграме.

Я тут долго мог бы дальше болтать, но, пожалуй, уже достаточно.
Кто посмотрел и хочет тоже поделиться мыслями — пишите в комментариях, пожалуйста, я очень заряжен это ещё пообсуждать )

Вчера была суббота, 7 июня.
У нас было много разных планов. Иосиф собирался играть в футбольном матче с другим клубом, Ханна была приглашена на двойной день рождения мальчиков из класса, в панда-парк. Вика с 4 утра училась онлайн. Но около шести часов она меня разбудила, когда нашла нашу кошку Фиму абсолютно холодной на полу под столом. Фимы больше не было. Осталось маленькое окоченевшее тело, покрытое пушистым мехом, в который я столько раз зарывал пальцы. Ничто в её поведении накануне вечером не было необычным. Ничто не говорило о том, что конец может наступить так внезапно.

Было так плохо. Чернота. Пустота. Боль.
Мы сидели там и плакали вдвоём. Потом проснулись дети. И мы плакали уже вчетвером. Когда десять лет назад умер мой папа, я не смог проронить ни слезинки. Я вообще не помню, когда плакал в последний раз. А с этой кошкой было совсем не так.

Несколько слов в память о ней. Фима была нашим первым ответственным шагом как семьи. Мы её взяли через несколько месяцев после свадьбы. Вика искала виниловый проигрыватель на сайте slando, а попалось объявление про котёнка. 4 ноября 2009 года эта кошечка оказалась у нас дома. Потом было очень многое. Она родила собственных детей, она выкармливала с нашей помощью подобранных у платформы котят из коробки. Наш кот Фома — это её сын, которого она родила в 2011 году, пока я был в Латвии в фотошколе. Мы его оставили в семье, потому что он был невероятно похож на кису внешне. Но характеры у них абсолютно непохожи.

Когда мы только прибыли в этот наш новый дом, именно Фима выскочила из переноски и сразу пошла изучать пространство. Пока кот ещё часа три сидел и переживал.
Особенно остро я ощущаю пустоту сейчас, когда вечером принимаю душ. Кошечка всегда была со мной в ванной. Она очень любила сидеть на бортике, ловить капли воды и слизывать. Она просила погладить её мокрыми руками, чтобы сразу начать умывать себе мокрые бока и хвостик. Это был наш с ней общий ритуал. Вообще Фима была не такая доверчивая и навязчивая, как кот, некоторые гости не знали, что у нас есть кошка. Но она была. И сейчас эта вот пустота остро режет глаз.

Для наших детей это первый опыт столкновения со смертью. Иосиф спрашивал, точно ли нельзя её как-то оживить. Точно нельзя? Почему? Я сам не мог поверить, что это правда произошло. Как может больше не быть кого-то, кто только что был.

Чтобы справиться с горем, хотелось срочно что-то сделать. Хоть что-нибудь. Я провёл ресёрч, как нужно действовать. Нагуглил какие-то кладбища и тд. Но информация про них была очень старой. Теперь законом запрещено хоронить животных без кремации. В итоге пришлось отнести кошечку в ветеринарную клинику около дома, где я только накануне покупал таблетки от блох (у кота в шерсти мы заметили маленькие чёрные точки, похожие на их помёт). Там же через неделю я смогу забрать пепел и сертификат о том, что это именно наша усопшая кошка.
Nombre: Fima, feminine, común europeo, edad: 16 años.

Любимая моя кошечка, я тебя никогда не забуду. Спасибо, что ты была. Кстати. Моей татуировке с тобой в этом году 10 лет.


PS:
Почти все фотки прямо из последней недели.
Кроме трёх в конце.

Меня спросила подруга Ира, что в путешествии мне понравилось больше всего, если не считать встречу с моей сестрой Саней. Разумеется, встреча с очень любимой подругой Машей. Ещё я в Амстердаме немного погулял с дорогим Пашей Грозным, а в Цюрихе — с Катей Жуковой, с которой мы знакомы уже 25 лет! Очень тепло от этих встреч мне было. Обожаю длинные пересадки.