Что общего у рынка труда журналистов и программистов

Традиционная журналистика уже достаточно давно умерла. В 2008 году в результате финансового кризиса из прессы ушли рекламодатели, и кучу штатных журналистов уволили. Они пошли во фриланс – и обнаружили, что на пару десятков заказов в месяц отзывается десятки кандидатов в день. При этом университеты продолжали выпускать новых журналистов, профессия годы до этого была на хайпе.

Рынок работодателя сразу же создал несколько довольно знакомых нам явлений. Для начала, вокруг отбора кандидатов появилось много ритуальных бессмысленных действий. Это привело к тому, что получение заказа стало отдельным искусством, и работу стали получать не лучшие авторы, а те, кто лучше всего умел под эти требования адаптироваться. Ну и, конечно же, появились волчьи сообщества, которые учили журналистов получше продавать свои питчи и проходить гейткипинг.

Что происходило с журналистами дальше:

👉Мидлы вымерли. На рынке остались начинающие фрилансеры, работающие за копейки, и завездные опытные журналисты.
👉Выжившие ушли от гейткиперов. Самые сильные авторы перестали пытаться пробиться к редакторам в издания, и стали независимыми – открыли рассылки, сделали подкасты, сколотили собственный бренд. Гейткипер при этом, конечно, остался – но теперь это не редактор-человек, а алгоритм ленты в соцсетях.
👉Сместился дефицит. Раньше им было место в журнале, теперь – доверие читателя к конкретному имени.

Что из этого можно перенести на рынок программистов – вопрос хороший, и упирается он в то, конечен ли спрос на программистов, или нет (парадокс Джевонса и вот это все). Пока все показывает на то, что на самом деле спрос конечен – люди не начинают ставить себе больше приложений на телефон, а компании не то, чтобы успешно диверсифицировали свою продуктовую линейку и запускали кучу новых успешных продуктов.