Невероятные приключения мексиканцев в Северной Корее

Работая над статьёй про то, как правительство пыталось выставить левых повстанцев 1960—1970-х годов обычными бандитами, я наткнулся на совершенно фантастическую историю. Сегодня хочу поделиться с вами крайне занимательной историей мексиканской группировки "Движение революционного действия" (MAR), в которой переплелись мексиканские внутриполитические беды, советская образовательная политика и, внезапно, Северная Корея.

1960-е годы в Мексике были бурными. "Экономическое чудо" буксовало, количество недовольных росло, а по всей стране вспыхивали забастовки. В южном штате Герреро, один из регионов которого неспроста называют "Горячей землей", даже начали возникать вооруженные повстанческие движения. В Мехико бурлили студенческие демонстрации и марксистские кружки. Выходцы из сельских педагогических училищ занимались политической агитацией больше, чем непосредственной работой. Надо всем этим витали романтические образы Ленина, Мао, Кастро и Гевары.

Тем временем, в далеком Советском союзе, уже во всю работал Университет дружбы народов им. Патриса Лумумбы, в который приезжала учиться прогрессивно-ориентированная молодежь со всего мира. Мексиканцы не были исключением: в конце 1960-х годов их там было больше полусотни. Вот эти вот ребята, впечатленные событиями у себя на родине, решили взять судьбу своей страны в свои молодые руки. Из дискуссий о положении Мексики и необходимости народно-освободительной борьбы родилось Movimiento de acción revolucionaria (MAR).

Революционные мексиканцы желали получить настоящую военную подготовку, прежде чем ехать домой и устраивать революцию. Однако, советская дипломатия была заинтересована в поддержке стабильных отношений с Мексикой. Мексика последовательно блокировала дипломатическую изоляцию Кубы и в целом была заинтересована в том, чтобы не класть все внешнеполитические яйца в одну корзину. Куба, по вышеизложенным причинам, тоже была не самым подходящим местом. Китайцы и вьетнамцы отказали мексиканским революционерам. Желающие принять у себя мексиканцев нашлись в совершенно неожиданном месте: в Корейской народно-демократической республике. В 1968—1970 гг. несколько десятков мексиканцев прошли в КНДР подготовку, которая включала в себя как конвенциональные, так и партизанские действия: диверсии и экспроприации. И индоктринацию чучхе, куда же без него.

К концу 1970 года подготовленные революционеры начали прибывать в Мексику, где принялись готовить революцию. Подготовка шла по двум основным направлениям: поддержка имеющихся сельских движений и ведение городской герильи. Отдельные представители MAR влились в крестьянское движение Лусио Кабаньяса в Герреро и даже существенно повысили его уровень боеготовности. Однако, как и прочие мексиканские революционеры, MAR быстро столкнулись с проблемами.

Во-первых, их ортодоксальность в вопросах идеологии быстро привела к конфликтам с другими движениями. Так, движение Кабаньяса они считали "мелкобуржуазным", поскольку его основным актором были крестьяне. Во-вторых, в городской среде деятельность MAR быстро привлекла внимание Федерального управления безопасности. Публика, при поддержке государства, воспринимала ограбления банков под лозунгами экспроприации отчужденных богатств как обычный бандитизм. Уже в начале 1971 года начались аресты бойцов городской герильи.

В итоге, очередная мексиканская революция закончилась не начавшись. Члены движения, оставшиеся на свободе, продолжали сражаться рядом с Кабаньясом до его гибели в 1974 году или влились в Коммунистическую лигу "23 сентября". Постепенно движение разложилось из-за идеологических споров и гибели, арестов или исчезновений ключевых лидеров. Режим Институционно-революционной партии умело сочетал репрессии с массовыми социальными программами, временно решавшими самые наболевшие проблемы. Конституционная реформа 1977 года, упростившая регистрацию партий и открывшая двери в политику левым реформистам, похоронила мексиканскую левую герилью до новых кризисов начала 1990-х годов.

Иван Косиченко
Para todo mal 🤩