Полоумный паук плетет сопроматный шелк
и ему все равно, проскрежещет лесом танк или я пройду,
он залетную гостью ждет паковать в мешок,
у него такие планы в этом году –
если кто-то огромный, грохочущий, городской,
лишь едва различимый сквозь ветви и тошноту,
не сметет паутину башней или рукой,
не склюет на лету.
Он плетет как тянется день и не знает, что если взять для основы и для утка
то, чем он охотится, клеит дом, сводит границы сна —
то потом будет плыть как река, безупречно держать и разрыв, и свет золотистая лучшая в мире ткань.
вот и мы не зна…