Великолепная семёрка

Индоевропейские числительные обычно относятся к самой устойчивой части языка: слова вроде "два", "три" или "пять" живут себе спокойно тысячелетиями и редко заимствуются (названия чисел от одного до пяти обычно даже включают в список Сводеша).

Казалось бы, число "семь" всё ещё в первом десятке, то есть в пределах досягаемости счёта на пальцах рук, а вот ведь, вызывает подозрения!

Итак, что мы имеем. В праиндоевропейском реконструируется *septḿ̥, среди потомков, например:

7⃣ лат. "septem"
7⃣ др.-греч. ἑπτά \хепта\
7⃣ санскр. सप्त \сапта\
7⃣ англ. "seven"
7⃣ рус. "семь"

В прауральском — *ćäjćemä, например отсюда:

7⃣ морд. "сисем"
7⃣ коми "сизим"
7⃣ мари "шым"
7⃣ эстонск "seitse"

В пратюркском — *yẹt(t)i, отсюда:

7⃣ чувашск. "ҫиччӗ"
7⃣ турецк. "yedi"
7⃣ башкирск. "ете"
7⃣ татарск. "җиде"
7⃣ якутск. "сэттэ"

В прасемитском — *šabʕ-:

7⃣ аккадск. 𒐌 \sebet\
7⃣ арабск. سَبْعَة \sabʕa\
7⃣ ивр. שֶׁבַע \shéva', šéḇaʿ\

Всё вышеперечисленное немного перекликается между собой, не так ли? Это, конечно, может ничего не означать.

А может...

На данный момент существует гипотеза о том, что праиндоевропейцы могли заимствовать название для числа "семь" у семитов. Но и в регионе Месопотамии и Анатолии это уже могло быть древним бродячим словом (например, в хурритском "семь" звучало как \šittanna\). Нечто отдалённо схожее было и в протокартвельском — *šwid (откуда современное грузинское შვიდი \švidi\).

Было ли потом праиндоевропейское слово заимствовано прауральским и пратюркским — вопрос открытый. Всё вышенаписанное — материалы к размышлению, не более того.

В целом, если речь идёт о потенциальных заимствованиях такого характера, действительно остаётся только размышлять: это всё-таки просто совпадение, или, может быть, всё-таки число семь прошло свой торжественный путь как священное с того самого момента как в Месопотамии начали изучать астрономию и выявили семь видимых подвижных небесных тел? Как-никак семидневная неделя у нас по одной из теорий до сих пор оттуда.