Но. Удивительным образом слушать было удивительно интересно. Сидел думал, почему же так — и осенило: она каждые 5 минут вворачивала какую-то персональную историю. Вот ее тютор заставляет выкинуть в ведро все знания по типографике. Вот она поборола рак, вернулась в RCA, лежит в тесной квартирке, боясь показаться тютору на глаза, и начинает плести узоры из бумаги. Вот Роберт Раушенберг уничтожает картину де Конинга — вроде в рамках специального проекта и с разрешения, но потом де Конинг его проклинает. Вот через 50 лет после этого Лариса восхищается красотой книжки своей коллеги и просит ее разодрать для очередного своего текстиля — а та на нее страшно обижается. Все ее выступление сплетено из личных переживаний.
https://www.artsy.net/article/artsy-editorial-robert-rauschenberg-erased-de-kooning

Специально ее спросил — это она специально? Ответила, что обычно своим (студентам, художникам, коллегам) рассказывает истории, а для публики старается полаконичней и в основном про концепции рассказывать. Как по мне, так спорная практика.