передо мной на деревянном барном стуле застенчиво сидит ангельского вида обнаженная особа.
ехидно, но нежно улыбается, иногда слегка опуская взгляд в пол. полтора года она пыталась поймать меня в угоду своим фантазиям — и вот я здесь, стою, очарованный ее животрепещущей юностью.
неоновый демонучтива, вежлива и со всеми «на Вы», она ведет себя как героиня ярчайших советских кинопленок.
та самая, что бесконечно восхищена миром вокруг себя, что озаряет все своей лучезарной улыбкой и звучит самым звонким голосом из всех.
в чулках, на манер Пеппилотты, она то и дело нарочит невзначай пройтись передо мной на руках или внезапно садится рядом на шпагат, ожидая, что я болезненно встану на нее своим тяжелым ботинком.
касаюсь ее теплой, бархатной кожи и нежно кладу свою ладонь на самый низ живота.
робко поднимает на меня взгляд.
ее ноги подрагивают, а таз слегка подается в мою сторону. изнутри удерживаю ее на краю стула, смотрю в глаза и протягиваю ванд.
важно, по-пионерски кивнув мне в ответ, как будто осознав, что на самом деле от нее требуется, — уверенно подносит его ко рту и начинает петь «прекрасное далеко»
держусь изо всех сил, чтобы не начать смеяться во весь голос. вспоминаю, как в далеком детстве мать пела мне эту песню на ночь. теряю лицо и теряюсь в пространстве. вопиющая абсурдность этой картины лишь усиливает амбивалентность моих чувств.
➖➖➖➖➖➖➖➖
в неоновом подвале я испытываю..
будто мне снова двадцать семь:
я пережил кобейна и, сам того до конца не сознавая, праздную только что начатую заново жизнь.
в промышленном шуме его подвала я нашел свежесть и тишину в своей голове.
оказался в моменте самого начала нашей с ним дружбы.
впервые сижу в кресле напротив.
впервые вместе идем на дрим.
смеемся смотря друг на друга.
стоим на сцене.
слышу его хриплое "дорогой.."
впервые, я по-детски рад.
три года спустя я обрел для себя удивительную легкость и то самое чувство
давно утраченного нового.