Но мы уверены, что в стратегической перспективе по мере ухода от западной гегемонии мировая ситуация будет постепенно меняться в лучшую сторону, к более стабильному, демократичному и свободному многополярному международному порядку. Однако очевидно и то, что на пути к такому мироустройству нас ждут разного рода риски для государств, сообществ, каждого конкретного человека. В условиях кардинальных сдвигов это неизбежно, поэтому минимизация рисков на любом уровне – от общемирового до личностного – сегодня основная задача и ответственных лиц, принимающих решения в политике, бизнесе, науке, вообще в жизни. От этих людей многое зависит. Ответственность заключается и в том, чтобы помочь людям осознать такие риски, быть к ним готовыми, чтобы человек, семья не остались один на один с проблемами в сфере безопасности, на меняющемся рынке труда, в цифровом пространстве и так далее.

Что сейчас, на мой взгляд, очень важно? Осторожность и осмотрительность, чтобы не попасть под лавину неконтролируемых перемен? Или активный напористый подход с целью преодолеть неблагоприятные сценарии либо использовать обстоятельства в собственных целях? Однозначного ответа здесь нет, в каждом случае целесообразна своя линия поведения.

Люди, принимающие решения, конечно, стараются адаптироваться к происходящему. Но в условиях, как сейчас говорят, поликризиса – всеобъемлющего и повсеместного – им объективно очень трудно оторваться от каждодневного управленческого аврала и посмотреть вперёд, поверх него. Текущая ответственность огромна, ошибка может стоить очень дорого, в том числе и для будущего. Сегодняшние задачи зачастую оттесняют на второй план стратегические цели. Это, конечно, объяснимо, но очень, чрезвычайно опасно. Ответить на многие текущие вызовы невозможно, не принимая во внимание то, как наши сегодняшние действия скажутся на нашем будущем. Как говорил один известный классик отечественной политической мысли: нельзя за деревьями не видеть леса.

Так как же выглядит картина в целом? Очевидно, что механизмы согласования интересов и действий государств, созданные в предыдущие периоды, не способны в полной мере эффективно выполнять регулирующую функцию. Не потому, что они плохие, а потому что изменились условия, в которых и под которые они когда-то создавались. Возникающая новая реальность будет, конечно, способствовать созданию новых инструментов, но это весьма долгий процесс. Скажем откровенно, некоторые международные организации сейчас зачастую не сокращают риски, а порой порождают и провоцируют их, обслуживая интересы одной или группы стран. А ведь они не для этого создавались.

Критика раздаётся и в адрес такой основополагающей структуры, как Организация Объединённых Наций, которая, в соответствии со своим Уставом, призвана играть роль центрального координирующего механизма в мировых делах. Далеко не всегда эта критика, конечно, объективна, но есть и обоснованные замечания. Отчасти они связаны с тем, что ООН, хотя она и является самой представительной мировой организацией, на деле управляется куда менее коллегиально и демократично, чем было задумано. Непропорционально большое влияние оказывает ограниченная группа стран Запада, которая, будучи явным мировым меньшинством, стремится присвоить себе функции управления. А поскольку реальное влияние этих государств снижается в пользу всё более самостоятельного и уверенного в себе мирового большинства, дисбалансы ооновского устройства проступают всё более рельефно. Это системная проблема, которую невозможно решить в одночасье.