Я пошла учиться к преподавателю по философии и тренеру по рукопашному бою.
Не потому что хочу (хочу, но здраво оцениваю силы) стать супер-солдатом, а потому что хочу в 80 лет понимать прочитанное и самостоятельно ходить по лестнице.
Взрослое обучение полезно, оно поддерживает когнитивную гибкость: способность удерживать сложные связи, не путать пример с правилом, а карту — с территорией.

Философия тренирует понятийную гигиену: мы каждый день говорим «я», «истина», «свобода», «норма», «реальность», а иногда замечаем, что под каждым словом лежит не смысл, а смузи из когнитивных схем, дыр в образовании и цитат Джейсона Стетхема. Не надо так.

Моя преподавательница — Полина — академический философ и автор канала Schizophrenic talks. Она не скрывает свой диагноз: F20 — шизофрения.

Спорим, у вас уже отработало категориальное мышление и по краю сознания пробежала оценочная мысль?

А можно ли у такого человека учиться?
А это не опасно?
А вдруг она странно мыслит?
А философия и шизофрения — это коморбидные состояния?
А я не заражусь странностью?

Стигма срабатывает быстрее размышления. Интеллект ещё ищет данные, а ярлычок уже висит: шизофреник — всё понятно!

Научно вопрос устроен чуть менее удобно и более сложно.
Шизофрения действительно может нарушать мышление, внимание, мотивацию и социальное функционирование в разных степенях.
Это не тонкая душевная организация, это тяжелое расстройство, одно из самых.

Но диагноз сам по себе не отвечает на вопрос, может ли человек преподавать, писать книги, исследовать, работать и быть профессионалом.
В исследованиях по шизофрении давно разделяют симптомы и функционирование. Можно уменьшить выраженность симптомов, но автоматически не восстановятся работа, учеба и социальная жизнь.
В нормальной клинической логике важно не есть диагноз / нет диагноза, а есть ли ремиссия, когнитивная сохранность, уровень социальной и профессиональной функции, приверженность лечению, критика к состоянию и способность держать границы.
Нет шкал странности и особенности, есть простые понятные критерии.

Если занятие структурировано, преподаватель ясно объясняет материал, выдерживает рамку, не навязывает свою картину мира, не срывается в хаос, отвечает на вопросы и вообще хорошо справляется со своей профессиональной ролью — то никакой диагноз не может сделать эту работу плохой, никакой.
И наоборот: человек без F20 может вести занятия так, что после них хочется бросить учёбу насовсем. Со мной такое бывало, с вами, возможно, тоже.

Отдельно про «опасность шизофреников».
Бытовая культура представляет людей с психотическими расстройствами как угрозу. На практике риск оценивают не по одному диагнозу, а по текущему состоянию, употреблению психоактивных веществ, истории насилия, лечению, социальной ситуации, декомпенсации, и далее по списку. В среднем нейротипичный человек без психиатрических диагнозов опаснее для больного шизофренией, чем наоборот. Так-то.

Для меня здесь главные вопросы не психиатрические, а интеллектуальные:
Можем ли мы отличать диагноз от функции?
Уязвимость — от компетентности?
Страшное слово — от реального качества коммуникации?
Собственный страх — от данных?
Диагноз описывает уязвимость.
Компетентность описывает то, что человек умеет делать.
Эти две вещи могут пересекаться, но не взаимно уничтожают друг друга.

В общем, если вы тоже хотите бороться с нейродегенерацией философией — то вот вам мой рекомендасьён.