Что ни говори, а была в средневековье одна очень справедливая традиция. Вот захотел какой-нибудь король разжиться землей, отжав ее у соседа, чтобы местное население грабили не вражеские мерзкие и злобные герцоги да князья, а свои, посконные и скрепные. Тогда он сам, его министр обороны со штабом и все эти благородные господа садились на лошадок и во главе войска тыгыдым-тыгыдым в сторону границы. А на поле боя дружно неслись с копьями под мышкой в атаку. На них мчали точно такие же и был не иллюзорный шанс окончить земной путь с копьем, торчащим меж лопаток.

И король не мог иначе. Ему бы немедленно задали вопрос: «Ты хочешь воевать, но не хочешь воевать? А с хepа ли ты тогда король и кому-то тут указываешь? Да пошел ты в жoпy, король!» И была в этом некая высшая справедливость, когда за военную кампанию он отвечал своей собственной жизнью, жизнями друзей и коллег по опасному феодальному бизнесу. Король не сидел в подвале донжона и не юнитами в компьютерной игре управлял. Он сам рядовой юнит на поле боя. И на своей собственной шкуре ощущал качество подготовки к военной кампании и все прелести войны. Переоценил силы? Понадеялся на авось? Забил на разведку? Снова обманули плохие бояре? Просто не повезло и стрела залетела в глаз? Семейный склеп ждет. И не стоит грустить, ведь благородный король-то прямо в рай, а враги просто сдохнут.

А еще герцоги да князья десять раз бы подумали. Отжать вон ту сочную деревеньку с глиняным карьером и кузницей, конечно, приятно. Но если тебе ее нынешний владелец шестопером череп проломит, то, может, ну его на xер? В могиле-то карьер не очень нужен.