Платон Радов:

Спектакль «Переход в подпространство» позиционируется авторами как «сценическая галлюцинация». Карл Саган сравнивал галлюцинацию со смещением фокуса внимания с объектов за окном в комнате на отражение в нём объектов внутри. Этот спектакль в свою очередь смещает фокус с реальных событий из жизни Колобянина на их субъективное отражение внутри сознания поэта, выраженное в стихах.

Дух Колобянина никак не может упокоиться после смерти, потому что живёт в его стихах и воспроизводится каждый раз, когда кто-то их читает. Проекции Колобянина и образов из его стихотворений возникают перед девушкой, которая на новогоднем застолье читает его сборник, периодически вступая с ним в прямой диалог. Девушка оказывается вместе с поэтом в лиминальном пространстве (подпространстве) между жизнью и смертью.

Новый год символизирует нахождение поэта в некоем лимбе. Колобянин, так и не встретивший новый год, поскольку погиб летом, после смерти оказывается в пространстве перехода между годом старым и новым. Прошлое и будущее для него существуют одновременно. Именно поэтому смерть здесь приходит в образе деда Мороза, который вообще-то изначально был далеко не положительным фольклорным персонажем.

Спектакль превосходно иллюстрирует поэтику Антона Колобянина. Исследователи считают его последователем метареалистической традиции. Сосуществование самых разношёрстных художественных образов, воплощенных в одном пространстве и связанных чем-то едва уловимым, превосходно отражает концепцию метаболы, одного из структурообразующих тропов метареалистов. Книга выступает образом-медиатором, связывающим лето и зиму, жизнь и смерть, настоящее и прошлое. Основной идеей метареалистов является нерасчленённость мира, единство всех объектов в природе.

В этом спектакле в первую очередь важны чувства, которые тебя охватывают на протяжении постановки. После просмотра захотелось почитать Колобянина, а это само по себе можно считать успехом.

Снимки Евгении Болбачановой