МОИ КРАСНЫЕ НЕБЕСА
Олсен реконструирует один день из жизни Берлина — 10 июня 1927 года, показывая его через множество голосов, мыслей и фрагментов сознания.
Традиционного сюжета с завязкой и развязкой здесь нет. Вместо этого — поток событий, впечатлений и внутренних монологов людей, думающих о разном, но объединённых временем, историческим моментом и ощущением перемен. Среди них Отто Дикс, Анита Бербер, Владимир Набоков, Кете Кольвиц, Роза Люксембург, Вернер Гейзенберг, Вальтер Беньямин, Курт Северин.
В романе постоянно ощущается двойственность времени: настоящее и будущее, которое известно читателю, но скрыто от персонажей. Они не знают, что будет дальше. Нет иного времени, кроме настоящего, иного места, кроме этого. Но судьбы персонажей уже предопределены и пересекаются друг с другом.
«Возможно, они представляют, что кто-то подхватывает их оставленные жизни».
Структура книги напоминает кинематографический монтаж: короткие сцены, смена перспектив, параллельные линии времени и пространства. Множество стилей: поток сознания, кинохроника, пьеса, стихи, фотографии. За счет чего создается многомерность повествования.
Отдельная радость — богатый метафорами и символами поэтический слог. Через кинематографичность, иронию, хаотичные, неожиданные сцены, соединение несоединимого Олсен передаёт абсурдность исторической реальности и ощущение одновременного присутствия в прошлом и настоящем.
Название романа отсылает к одноименной картине Отто Фрейндлиха, состоящей «из абстрактного шквала четырёхугольных форм, образующих на большом холсте три слоя цвета: красные - сверху; серые, зелёные, белые и синие - посередине; чёрные - внизу». Абстрактным шквалом хаоса является и Берлин, где пересекаются исторические события и личные переживания, и небо над городом уже окрашено судьбами людей. И где самый «революционный поступок - просто озвучить то, что происходит вокруг тебя».
Роман показывает, как люди живут, наблюдают, пытаются обрести смысл и сохранить красоту в мире, который одновременно прекрасен и жесток. На пересечении жизни и смерти, случайности и рока текст говорит об эфемерности человеческой жизни.
«Вот так оно и должно тебя настигнуть: последнее осознание того, что звуки мира продолжают существовать без тебя. Должно быть, это и есть одиночество в наичистейшем виде: близость людей, прикосновения, вкусы, покидающие тебя».
После чего остается лишь ощущение неудавшейся радости и забытых моментов, которые были важны, только пока они длились.
#наодномдыхании
@kongressw