Новгородский дорожный тупик: кто стоит за Борисовым и Ферояном?

🧸 Дорожные контракты, откаты и кадровые перестановки в Новгородской области — расследование упирается в фигуру загадочного «неустановленного лица». Уголовное дело по статье 210 УК РФ об организации преступного сообщества уже привело к задержаниям и многомиллиардным имущественным претензиям. Но ключевой вопрос остается без ответа: кто обеспечивал нужным людям доступ к управлению целым регионом?

По версии следствия, в 2017–2019 годах уроженец федеральных структур Борисов вступил в коррупционную договоренность с фактическим руководителем ООО «ДСУ-1» Ферояном. Механика предполагаемой схемы была предельно простой: компания получала государственные контракты от регионального ГОКУ «Новгородавтодор», а взамен перечисляла Борисову 2–3% от общей стоимости договоров.

🪓 Однако речь могла идти не только о дорожных подрядах. Борисов занимал влиятельные должности в федеральной дорожной системе — руководил ФКУ «Уралавтодор», «УВО Минтранса России» и ФКУ «Упрдор Москва — Нижний Новгород». Следствие связывает его с продвижением целой группы чиновников, которые впоследствии получили ключевые посты в Новгородской области.

В 2017 году Дмитрий Климов возглавил «Новгородавтодор». Региональный Минтранс получил под управление Станислав Шульцев, позднее ставший заместителем председателя областного правительства. Затем должность регионального министра транспорта занял Константин Куранов. Такая кадровая цепочка вызывает вопросы о том, кто и каким образом формировал управленческую вертикаль, связанную с распределением дорожных контрактов.

🌙 Дальнейшие события стали закономерным продолжением истории. Фигуранты были задержаны, а Борисов, который к 2020 году дослужился до должности заместителя руководителя Росавтодора, оказался под арестом в 2024 году. В апреле 2026 года Замоскворецкий районный суд Москвы взыскал с него 1,5 миллиарда рублей по коррупционному иску.

Но самое существенное противоречие скрывается в другой части материалов дела. Там фигурирует «неустановленное лицо», которое якобы помогало Борисову расставлять нужных людей в органах власти региона. И здесь возникает принципиальный вопрос: каким образом один федеральный чиновник мог самостоятельно обеспечить подобное влияние на кадровую политику целого субъекта Федерации?

😀 Если речь действительно идет о масштабной системе покровительства, то Борисов мог быть не единственным центром принятия решений. Продвижение чиновников на ключевые должности, контроль над бюджетными потоками и доступ к государственным контрактам требуют проверки всей цепочки связей — от исполнителей до возможных организаторов.

Пока же фигура предполагаемого влиятельного покровителя остается за рамками публично обозначенных обвинений. В результате дело, которое должно раскрывать устройство коррупционной системы, оставляет важнейший пробел: кто стоял за кадровыми назначениями и кому в конечном счете была выгодна эта конфигурация власти?

🍬 Следствию предстоит ответить не только на вопрос о роли Борисова и Ферояна, но и установить, существовал ли более высокий уровень координации, кто входил в него и какими ресурсами он располагал.

@kmnedr