Несмотря на то, что Стэгг получил свое назначение по рекомендации самого Уинстона Черчилля, ему приходится выдерживать натиск со стороны своего американского визави Крика, прошедшего с Эйзенхауэром не одну военную операцию и не допустившего ни единой ошибки в прогнозах на африканском театре боевых действий. Крик, основываясь на данных метеорологических наблюдений разных лет, настаивает, что выявленные закономерности позволяют не опасаться неблагоприятных условий. Кроме него на Стэгга нажимает командующий сухопутными силами союзников Бернард Монтгомери, который считает погодные условия не столь важными, как боевой настрой солдат, и поэтому он просто ожидает формального подтверждения, что погода 5 июня будет солнечной. Тем не менее Стэгг настаивает на необходимости переноса даты операции, осознавая возможные последствия данного решения. Он оглашает вердикт в состоянии внутреннего раздрая из-за неизвестной судьбы его беременной жены, оставаясь верным своим профессиональным принципам.
⚡️⚡️ Давление ответственности: Дуайт Эйзенхауэр колеблется.
Генерал, от которого напрямую зависят жизни сотен тысяч солдат, предстает перед нами как монументальная фигура, не лишенная, однако, проявления человеческих слабостей. Так, на него давит груз вины за провал «Тигра», поэтому теперь ему важно учесть все факторы, способные негативно повлиять на проведение высадки. Можно сколь угодно долго спорить о том, насколько экранный образ далек от реальности, но по факту зритель видит облеченного властью распоряжаться чужими судьбами сомневающегося человека, к которому легко эмоционально подключиться и сопереживать. Эйзенхауэр здесь безусловный положительный персонаж, при этом не отлитый в бронзе. Порой даже кажется, что он с удовольствием бы переложил бремя ответственности со своих плеч на плечи Стэгга, но это ошибочное впечатление.
#их #annales
Окончание ⬇️