— Забини, — с хитрой улыбочкой констатировала мулатка.
Блейз «хмыкнул», сдвинул со стола её тарелку — чуть резче, чем было нужно — и с заметной силой шлëпнул пергамент перед ней на стол.
— Что за сервис? Теперь новости будут приносить прямо мне в ручки?
— Прекращай, — отрезал слизеринец.
— Ты не в духе.
— Если твой вопрос «почему», то глаза в пергамент опусти и найдешь там ответ.
Девушка взяла пергамент в руки и быстро прошлась глазами по тексту. На её губах появилась хитрая улыбка.
— Неужели? — бросила она.
— У тебя какие-то проблемы? Ты пытаешься самоутвердиться за мой счёт?
— С чего ты взял?
— Как долго ещё ты будешь меня унижать и тыкать в мои изъяны? Которые ты сама и придумала.
— Где моя чернильница, Забини?
— Где моё кольцо, Роуф?
Между ними повисла долгая пауза. Губы Эллисон слабо дернулись — она хотела что-то ответить, но резко осекла себя. Блейз в ответ приподнял бровь.
— Так, значит, всё-таки ты его украла?
— Нет, — слишком резко ответила она. — Ну может это заставит тебя вернуть мне мою вещь. Попытаться стоило.
Девчонка, сидевшая возле неё, вырвала пергамент из её рук, быстро проходясь глазами по строчкам и бормоча их себе под нос. Блейз не дал ей дочитать — пергамент снова оказался в его руках. Он грубо подвинул за плечо сидящего рядом гриффиндорца, курсом-двумя помладше, с блокнотом и пером, и занял освободившееся место.
«Забини,
Слушай, притормози свою внутреннюю драму и перестань смотреть на всех так, будто мы — не свежая порция овсянки, а грязь на твоих до неприличия дорогих ботинках».
— Элл, мне действительно жаль, что ты не можешь позволить себе такой роскоши, как дорогие туфли и брендовые платья. Я благодарен тебе за то, что ты в очередной раз указываешь мне на размеры моего состояния. Хочу, чтобы ты знала: если тебе захочется прикупить себе то, что стоит выше твоих возможных финансов, ты можешь обратиться за помощью ко мне. Я выделю тебе скромную часть из своих сбережений, хорошо?
Эллисон возмущенно открыла рот, чтобы возразить, но Блейз осек её прежде, чем она успела издать малейший звук.
— И смотрю я на всех не так, как ты выразилась. Мне просто жаль всех вас, неокрепшие умы, которые вынуждены торчать здесь не только под пристальными взглядами профессоров, но ещё и под колкими комментариями столь «великих» нас, слизеринцев. Мы не хотели задеть ваше и без того хрупкое эго. Но если у нас это получилось, значит, мы достигли цели. А разве это плохо?
Мальчишка рядом начал что-то записывать в свой блокнот, но Блейз не обратил на это внимания. Больше ему нравилось смотреть на сидящую напротив Эллисон, которая заметно надула губы, получив очередную порцию самовосхищения от слизеринца. Её это раздражало и забавляло в равной степени.
— Забавно, что в этом же письме ты тут же позоришь свой собственный факультет, напомнив всем о существовании Поттера, которому, очевидно, не сидится на заднице. Я что-то не припомню, чтобы Слизерин терял баллы из-за того, что кто-то постоянно оказывался замечен там, где он быть не должен. Эти строчки я сочту за комплимент в нашу сторону.
— Ну а как же снятие баллов за занятия или отвратительное поведение? — наконец вклинилась Роуф.
— Но, в отличие от вас, мы не шастаем ночью в Запретный лес или по коридорам Хогвартса, верно?
— А как же ваш многоуважаемый Малфой?
— Драко такой хотя бы один, а у вас их целых трое. Что Поттер, что Грейнджер, что Уизли. Пахнет отвратительной дисциплиной, не находишь?
Элл закатила глаза.
— Что ещё скажешь?
«...на уроках Слизнорта ты сидишь с таким лицом, будто позируешь для портрета «Величайший мученик Слизерина». Блейз, мы просто варим зелье от икоты, а не решаем судьбу магического мира. Твой «загадочный взгляд в никуда» мешает мне сосредоточиться...».
— Роуф! — Блейз всплеснул руками и драматично сложил их на груди, чем вызвал ожидаемую реакцию Эллисон: от его неожиданного жеста и повышенного тона она вздрогнула, инстинктивно схватившись за сердце. — Мне льстит твое внимание, ты же это понимаешь? Я и подумать не мог, что нравлюсь тебе настолько, что ты готова на уроке вместо зелья пялиться на меня. В следующий раз подай мне знак. И мой «загадочный взгляд в никуда» сменится на колкости в твой адрес, договорились? Если вы судьбу магического мира не решаете, то у меня, в отличие от всех вас, есть моя собственная, в которой куча запутанных клубков. И я хочу их распутать. Это тебе живется хорошо — на уроках спишь, за школой куришь, на вечеринках балуешься. Воруешь чужие ценные вещи. И все удивительно сходит тебе с рук.
— Ты пропустил один абзац, — ткнула девчонка.
— Я не пропустил. Я намеренно оставил его на сладенькое.
«И самое главное: если ты ещё раз пройдешь мимо меня в коридоре и сделаешь этот свой фирменный «хмык», я подсыплю тебе в шампунь порошок из сушеных книжных червей...».
— Мило, я с книжными червями, если что, на «ты», — Забини демонстративно провёл ладонью по своим волосам, с хитрой улыбочкой поглядывая на Роуф. — Ну а что ты предлагаешь? При виде тебя падать на колени? Слишком унизительно для меня. Кричать тебе в спину едкие шутки? Слишком унизительно уже для тебя. Молчать? Скучно. Мой «хмык», как ни странно, каждый раз заставляет нас завести диалог. Разве это не здорово? Это все же лучше, чем то, что ты за моей спиной шепчешь подружкам обо мне что попало или бросаешь мне вслед «многозначительные» взгляды, которые, кроме тебя, никто и не замечает.
Мулат намеренно бросил ей очередной «хмык».
Роуф чуть не взорвалась: громко стукнула по столу, выкрикнув его фамилию, ещё больше привлекая внимание других студентов.
— Я тебя предупредила!
Блейз резко встал со своего места и, оперевшись на стол руками, навис над гриффиндоркой. С подозрительным прищуром он осмотрел оппонентку так, словно точно знал, в чем и где она виновата. А он знал.
Эллисон не отстранилась, напротив — встала вместе с ним, давая понять, что она не сделает шаг назад, как испуганная девчонка.
— Я тоже предупреждал тебя. Разве ты забыла? Я никогда не делаю что-то просто так. Либо у меня есть цель, либо это ответ на то, что сделали мне.
— Где чернила, Забини? — повторила Элл.
— Где кольцо, Роуф? — передразнил Блейз.
Парень, сидящий рядом, все еще делал пометки в своём блокноте. Шелест пера о пергамент начал мулата раздражать.
Он бросил быстрый взгляд на бумагу и успел прочесть несколько слов — «дисциплина», «Поттер», «кольцо».
Забини выхватил перо из рук парня, встретившись с ним взглядом. Перо он смял в ладони и небрежно бросил на пол.
— Юный корреспондент? Маловато у тебя опыта. Сходи, погуляй. Поищи действительно интересную информацию.
Парень не двинулся, только одарил Блейза возмущённым взглядом.
— Брысь.
Студент фыркнул в ответ и что-то пробормотал себе под нос, но блокнот закрыл, убрал к себе в сумку, лениво поднялся и пересел подальше.
— Ты знаешь, что значит для меня это кольцо, — чуть грубее продолжил слизеринец, вновь обращаясь к Роуф. — Ты покусилась на более ценную вещь, нежели твоя чернильница. Я ведь мог выкрасть у тебя и что-то подороже. Но забрал всего лишь это.
Блейз сунул руку в свою сумку и достал оттуда чернильницу, принадлежащую Роуф — покусанные края и пахнет мятой, всё, как она описала.
Эллисон резко дернула рукой к своей вещи, но мулат оказался быстрее: он снова спрятал чернила в сумку.
— Я имею к тебе и твоим вещам каплю уважения, а ты, по всей видимости, ненавидишь меня. Верни кольцо, иначе мне придется разговаривать с тобой в другом тоне.
— Нет, — с издевательской насмешкой отрезала Роуф, словно намеревалась поиграть в его игру.
— Нет? Отлично...
Блейз вышел из-за стола Гриффиндора, развернулся и бросил ей через плечо последнее, прежде чем удалиться из Зала.
— Ты была предупреждена, Роуф. Снова. У тебя три дня, чтобы одуматься...
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
#𝑠𝑘𝑒𝑡𝑐ℎ𝑒𝑠