Тема понедельника – «Беззащитность»

Началось с очередного исчезновения телеграм-канала, это оказался очень уважаемый, организовавший на своей площадке настоящую интернет-дискуссию в режиме онлайн, «Кремлевский Безбашенник». Может быть, пока рано бить тревогу, может, вернется с рыбалки или охоты, где нет связи, админ, и возобновятся публикации. Или уже поздно. Потому что через несколько дней в таких случаях часто появляется видео с обыском в квартире админа либо его задержанием. На канале же зависает надолго последняя публикация. И вместо дискурса воцаряется молчание. И страх. Потому что вроде даже если ты не продаешь «блоки на негатив», если вообще не связан ни с какими сетками, не публикуешь ничего незаконного, не выступаешь с резко оппозиционными постами, вычитываешь перед публикацией каждый текст, проверяя его на наличие стоп-слов, выражений и даже позиций, то есть чувство, что ты все равно можешь оказаться следующим, потому что кто-нибудь напишет на тебя донос или "такую как надо" лингвистическую экспертизу. И твой канал тоже замолчит. А ты можешь полететь (вовсе не в командировку) в Сыктывкар.

Потом Рамзан Кадыров опубликовал видео, как его сын избивает Никиту Журавеля. Все стали обсуждать «как так, разве ж можно?». А когда отдавали из одного региона в другой этого подследственного, увозили его, то все же понимали, что чем-то подобным это закончится, не? Это точно было процессуально верно? А сейчас с Журавелем что? Про судьбу конкретного человека почему нет речи? В первую очередь надо спасать человека (да, оступившегося, даже преступника, если будет приговор суда), а потом уже решать вопрос на принципиальном уровне, чтобы подобного не повторялось, чтобы все было по закону. Все усилия должны быть направлены на то, чтобы Журавеля перевели из Чечни на содержание в СИЗО другого региона. Это важнее абстрактных причитаний. Важнее операций по отвлечению внимания, зарабатывания денег и репутации на хайпе.

Ну и уже утром сегодня появилось видео бытового конфликта в Москве на Мичуринском проспекте, где заступившегося за свою дочь (ее и подруг били палками по голове) отца избивает толпа подростков.

Каждый такой случай вгоняет в тоску. Потому что нет у них разрешения, потому что осознаешь, что нет никакого действенного механизма защиты от такого. Только промолчать, опасаться, уходить и прятаться от греха подальше? Свой благополучный мирок лелеять, оберегая его от невзгод.

Когда я писал в каких-нибудь текстах (не только публичных) словосочетание «социально-незащищенные слои населения», то неизменно искал, как заменить его, потому что речь обычно в таких случаях шла о пенсионерах, людях с ограниченными возможностями здоровья, низкими доходами и т.д., и я понимал, что по Конституции Россия – социальное государство, что есть федеральное Министерство труда и социальной защиты, есть такие же в каждом регионе, и в муниципалитетах есть собесы. Вроде нельзя сказать, что не защищены совсем, просто возможно неэффективно, но это уже другой вопрос. То есть я думал, надо этот термин не использовать, потому что он слишком узкий, он конкретно про тех, кого не защищают прямо сейчас совсем. А ведь ошибался я. К сожалению, в данный момент, наоборот, надо брать шире, а не уже. Как-то так сложилось, что многие из нас (не говорю пока все) угодили в социально-незащищенные группы населения.