В общем, мясо я еле порезала нашим тупым ножом, и тут мой стресс уже был на высоте. Сделала быстрый салат из рукколы, горгонзолы и заправки: бальзамический уксус, мед, масло, соевый соус. Потом принялась обжаривать мясо с розмарином, чесноком и сливочным маслом, как полагается. Я зачерпывала масло ложкой и поливала стейки сверху. Пахло очень вкусно. Я оставила куски мяса отдыхать, постелила скатерть, выключила свет, зажгла свечи. Эта идея пришла пару недель назад, когда мы случайно поставили стул напротив дивана и я села что-то записать. Оля тогда сказала: как ты секси сидишь напротив меня, давай как-нибудь так поужинаем.

Наконец я принесла еду, Оля включила какую-то романтическую музыку, и мы принялись есть. Мне сразу не понравилось. В мясе было много прожилок, хотя я купила благородный и дорогой отруб именно для стейков, а в цвете красной свечи оно казалось буквально сырым. На самом деле я сделала идеальный medium rare, но так как я уже сама себя всрала, успокоиться не получалось и все мне казалось каким-то не таким. Я сидела не в настроении и сама себя бесила. Оля сказала мне подержать мясо на огне еще немного, чтобы успокоиться самой и этим успокоить ее.

Я так и поступила. Оно все еще осталось розовым внутри. Есть стало чуть более приятно, но все еще странно. Я решила, что в следующий раз все-таки буду для такого ужина выбирать что-то, что любим мы обе, а не только Оля, иначе я все испорчу нам обеим. Но ужин все равно получился хорошим — именно потому, что был неидеальным. Потом я приготовила нам две огромные кружки чая с медом и лимоном, мы с кайфом посмотрели еще пару серий нашего нового любимого сериала, а потом легли спать на наши новые подушки, которые пришли на выходных. Сегодня Оля проснулась еще более больная, и я очень расстроилась.