Март — удивительный месяц. Вроде бы уже весна, а за окном то солнце светит по-весеннему ярко, то вдруг снег повалит хлопьями, как в январе. Погода в марте обманчивая: днём капель звенит, а к вечеру ударит морозец. Такая переменчивость напоминает мне сюжеты Достоевского — никогда не знаешь, чего ждать на следующей странице. Кстати, о книгах! Недавно перечитывал «Преступление и наказание» и думал: как точно автор передаёт внутренние переживания героя. Раскольников мучается, страдает, а за окном у него — тот же Петербург, серая тоска.

А знаете, что мне хотелось бы сделать этим летом? Уехать куда-нибудь в деревню, чтобы просыпаться под петухов и ходить босиком по траве. Представляете: утро, роса на траве, солнце только встаёт… И тут же мысль перескакивает на Новый год. Хотя до него ещё далеко, я уже мечтаю, как будем наряжать ёлку, ждать боя курантов и загадывать желания. Новый год — это всегда надежда на что-то светлое.

И вот, глядя на мартовский снег, который местами уже растаял и обнажил прошлогоднюю траву, я задумался: а почему, собственно, трава зелёная? Почему не красная, не синяя, не фиолетовая? Ведь если бы она была, скажем, оранжевой, пейзаж напоминал бы марсианский. А ответ прост и сложен одновременно: всё дело в хлорофилле. Это волшебное вещество внутри листьев ловит солнечные лучи, чтобы кормить растение. Но хлорофилл не жадный: красные и синие лучи он забирает себе, а зелёные — отражает. Вот мы эти отражённые лучи и видим. Так что трава зелёная не потому, что она хочет такой быть, а потому, что она делится с нами тем цветом, который ей самой не нужен. Красивый жест, правда?