На фото меня тискает Арнольд Теймуразович Картозия.
Мой грузинский дедушка, создатель моего отца Бориса Арнольдовича.

Увы, дед умер раньше, чем я научился говорить. Поэтому своим вопросом я припер к стенке папу:
— А почему нашего дедушку зовут как Шварценеггера?

В 11 лет других Арнольдов я не знал. Это сейчас их круг необычайно расширился за счет композитора Дэвида Арнольда.

Папа сверкнул хищной кавказкой улыбкой и сказал:
— Вообще-то это имя он выбрал сам. Пошел в паспортный стол и взял имя, которое переводится с древнегерманского как «сила орла». Понимаешь, сынок, дедушка считал, что грузин может быть только сильным орлом.

— А не кем? — с легкой тревогой спросил я.
— При рождении нашего дедушку назвали Авраамом.
— В честь Авраама Линкольна?
— Не совсем. В честь библейского Авраама.
— То есть, наш дед еврей?
— Как ты мог такое подумать!
— Что значит как? Авраам — не самое грузинское имя.
— Тогда всех так называли!
— Где?
— В Зугдиди. Очень религиозный был город. Всех называли Авраамами, в крайнем случае — Давидами. А бабушкину подружку Жужуну мать и вовсе назвала Рахилью.

Все это время наш диалог внимательно слушала моя мама Алла Леонидовна Якобсон — единственный в этой квартире сертифицированный потомок библейских персонажей.

— Боря, хватит! — неожиданно сказала она. — Ребенок должен знать правду.

Мать взяла меня за руку:

— Это началось, когда Авраам женился на Раисе.

Я настроился на ветхозаветный рассказ.

— А отец Раисы — Яков — был донским казаком, монархистом, белогвардейцем, и, разумеется антисемитом. Так и говорил деду-грузину: «Не потерплю в своем доме жидодьявола». Он уже старенький был, но нрав крутой — чуть что сразу за нагайку хватался. С ним старались не спорить. Ну вот дед пошел и поменял имя.

— Но почему именно Арнольд? — взмолился я.
— Сынок, — папа вновь завладел инициативой, — я же тебе объяснял: потому, что наш дедушка был сильным орлом.

❤️ — в память об орле Арнольде