На этой неделе в возрасте ста лет скончался Алан Гринспен — вероятно, один из величайших центробанкиров в истории.

Гринспен был председателем ФРС США с 1987 по 2006 год. Вслед за Полом Волкером он проводил настолько успешную стабилизационную политику, что период с 1980х по начало нулевых вошел в макроэкономическую историю как эпоха «великого успокоения» (great moderation).

На своих лекциях я много раз показывал вот этот график ежеквартальных изменений американского ВВП, чтобы проиллюстрировать, что такое снижение волатильности временного ряда. Обратите внимание, что на второй части графика изменчивость ВВП гораздо меньше, чем на первой — это то самое «великое успокоение». И многие макроэкономисты (например, нобелевский лауреат Роберт Лукас) связывали этот структурный сдвиг именно с успехами денежно-кредитной политики.

Другой традиционной отсылкой к Алану Гринспену на моих лекциях была и остается его знаменитая фраза о том, что центральные банки не должны быть слишком прозрачными: «С тех пор как я стал центральным банкиром, я научился чрезвычайно неразборчиво мямлить. Если я кажусь вам излишне ясным, вы, должно быть, неправильно поняли то, что я сказал».

Конечно, в последние десятилетия прозрачная коммуникация с домашними хозяйствами и фирмами, напротив, была признана одним из ключевых аспектов денежно-кредитной политики. Не только ФРС США, но и другие центральные банки по всему миру старались детально объяснять рынкам свои намерения и предупреждать об изменениях политики.

Однако примечательно, что именно в год смерти Гринспена ФРС возвращается к его наследию: только что назначенный председатель ФРС Кевин Уорш на первом же своем выступлении в новой роли дал понять, что считает чрезмерные обещания и прогнозы скорее источником проблем, чем пользы. По его мнению, рынки должны самостоятельно формировать ожидания относительно будущих решений ФРС. И в этом смысле он гораздо ближе к Гринспену, чем Бернанке, Йеллен и Пауэл, управлявшие американской денежно-кредитной политикой последние 20 лет.