В фондах Национального музея Удмуртской Республики лежит вот такое фото. Подпись видно – якобы командование 32-й армии Карельского фронта, 1943 год.

Но фото куда более интересно, чем может показаться. Оно мне очень долго не давало покоя. С центральным персонажем мы хорошо знакомы – это сам генерал-полковник Валериан Александрович Фролов. Звание видно, период однозначно после апреля 1943 года.

Справа от него – генерал-лейтенант колоритной внешности. Такого на Карельском фронте спутать не с кем, но его можно узнать только если ты внимательно прочитал директиву Ставки о смене командования Карельского фронта в феврале 1944 года. Это бывший начальник штаба Волховского фронта Фёдор Петрович Озеров. Начальником штаба Карельского фронта он был всего едва ли две недели в феврале-марте 1944 года.

А вот слева от Фролова человек, которого я не смог узнать сразу. Но что-то мне подсказало смотреть в сторону членов Военного совета – и я не ошибся. Это генерал-майор Константин Степанович Грушевой. В интернете вы почти не найдёте его фотографий времён войны. Член Военного совета Карельского фронта с февраля 1944 года. Ранее я писал, что он им стал лишь на заключительном этапе истории фронта осенью 44-го, но внимательное изучение его документов позволило найти ошибку. Правда, неясно, когда именно он был назначен, потому что в директиве Ставки указан только один ЧВС Т. Ф. Штыков. Вторым при этом оставался первый секретарь ЦК КП(б) КФССР Г. Н. Куприянов. И больше по идее членов Военного совета быть не должно, да вот видите...

Тем не менее, в таком составе эти три человека могли встретиться только 2-3 марта 1944 года, и вот почему:
1) Грушевой получил звание генерал-майора только 2 марта 1944 года;
2) Фролов уже был заместителем командующего фронтом, и 3 марта отбыл из Беломорска в Кандалакшу;
3) Озеров являлся начальником штаба фронта только до 5 марта 1944 года.

Так что здесь мы на самом деле имеем уникальную фотографию, запечатлевшую вместе самого неизвестного начальника штаба фронта, самого неизвестного члена Военного совета и Фролова в малоизвестный его период деятельности. Вероятно, снимок сделали как раз по случаю убытия Фролова в Кандалакшу на память. Ну может ещё, конечно, по случаю присвоения Грушевому звания.

А убранство на фото нам говорит, что это место непростое. Поскольку ни Грушевой, ни Озеров в этот момент никуда не убывали, значит, это Беломорск –либо Дом Красной Армии, либо штаб. Вот такое изучение фотографий...