Сбер, похоже, решил поиграть в ремонтников - но не с квартирами, а с целым застройщиком. «Самолёт» должен банку 274 млрд рублей, что составляет почти треть всего долга группы. При этом капитализация компании - смешные 15 млрд. Типичная российская арифметика: должен как чугунный мост, а стоит как пустой кошелёк.

Теперь Сбер, вместо того чтобы признать потери, видимо, хочет сам порулить стройками. Вариантов несколько: новые условия по кредитам, вход в капитал «дочек» или даже залог активов бенефициаров. В общем, классика жанра - если должник не может платить, кредитор забирает бизнес.

Финансовые показатели «Самолёта» - настоящий шедевр управленческого искусства. Выручка рухнула на треть, убыток - 22 млрд против прибыли год назад. Долги - 773 млрд, из которых 325 млрд нужно отдать в ближайшее время. Облигаций на 105 млрд - и они уже падают на новостях о возможной реструктуризации.

Особенно трогательно, что ещё в феврале Герман Греф уверял, что у «Самолёта» всё в порядке с ликвидностью. А теперь, спустя полгода, банк уже обсуждает, как забрать проекты себе. То ли компания внезапно развалилась, то ли Сбер наконец-то открыл глаза.

Застройщик, между тем, продолжает терять активы. Отказался от проекта в Новой Москве, отдал «Квартал Марьино» государству, продажи новостроек в столице упали на 29%. Но гендиректор Анна Акиньшина, видимо, держится молодцом - как и мажоритарные акционеры Павел Голубков, Игорь Евтушевский и казахстанский фонд, который летом прикупил 18% у наследников сооснователя.

В январе «Самолёт» ещё просил у Мишустина льготный кредит на 50 млрд, но Минфин вежливо отказал - мол, кризиса нет. Теперь, похоже, кризис наступил для самого Сбера, который вынужден разгребать последствия своих же кредитных решений.

Вопрос на миллиард: если в феврале дыры в балансе не было, откуда она взялась сейчас? То ли «Самолёт» так мастерски скрывал проблемы, то ли Сбер просто не хотел их замечать. А теперь, когда пирог начал пригорать, банк решил, что пора его перехватить.

Вот только что он будет делать с 4,38 млн кв. м текущего строительства - большой вопрос. Строить дальше? Продавать? Или просто записать в убытки и сделать вид, что так и было задумано?

Как обычно, в проигрыше останутся дольщики, бюджет и, конечно, налогоплательщики. А Сбер, возможно, получит новый актив - правда, весьма сомнительного качества. Но кто считает деньги, когда игра идёт на государственные гарантии?