Вепсский, коптский, клингонский, церковнославянский... За время общения с вами в комментариях узнала, что вы изучаете кучу редких, сложных, интересных языков. Решила, что мир должен знать об этом больше, поэтому предлагаю рассказывать об этом в новой рубрике: #ну_как_не_учить — чтобы вы могли поделиться вашим опытом. Сегодня в эфире Лина — ей 14 лет, она живет в Санкт-Петербурге и изучает кильдинский саамский язык.

— Лина, почему вы решили изучать кильдинский?

— Как я к нему пришла, я сама уже не понимаю. К саамам никакого отношения не имею, хотя родилась на Кольском полуострове, где коренной народ — как раз саамы. Но я уехала, и как-то случайно заинтересовалась всем этим.

— Что вас мотивирует на занятия?

— Какая-то особенная мотивация, как мне кажется, нужна, лишь когда учишь что-то не совсем любимое, но нужное... Например, английский, с которым я мучаюсь семь лет. А к саамскому мотивацией можно назвать разве что идею о том, чтобы как можно больше людей (причём, возможно, благодаря мне) почувствовали красоту кильдинского, и язык начал цвести спустя года, чтобы он развивался.

— Расскажите про этот язык. Сколько у него носителей, где на нем говорят?

— Начнём с того, что саамских языков несколько, и распространены они все по Скандинавии и Кольскому полуострову. Я изучаю конкретно кильдинский саамский, на котором говорит большинство российских саами. Причём в это большинство входит лишь около 100-200 человек... А тех, кто именно постоянно на нем говорит, ещё меньше, к сожалению.

Саамские языки относятся к финно-угорской группе уральской языковой семьи. На другие языки из уральской семьи он, конечно, похож. Особенно саамские близки к прибалто-финским, насколько я знаю. Но я сама до того же вепсского или финского пока не дошла, примеры привести не могу.

В современном кильдинском, конечно, есть заимствования из других языков. Я всегда восхищаюсь старыми заимствованиями, ведь они очень интересно преобразованы носителями, но если вот новые, без которых в современности никак, уже мало кто преобразует действительно под правила кильдинского.

— А поразите нас каким-нибудь интересным фактом про кильдинский? Может, там много падежей, или интересная система времен?

— Про падежи это очень верно! В кильдинском их, строго говоря, девять, но при этом эта цифра неустойчива, и можно наткнуться на информацию, что их меньше, больше... Из ещё интересного, пожалуй, могу отметить наличие необычных звуков, послелогов, специального глагола для отрицания, необычное образование глагольных наклонений... Я в восторге вообще от чуть ли не всего, что есть в этом языке.

— А как вы его изучаете? Есть ли пособия, курсы? Можете ли посоветовать что-то тем, кто захочет заниматься кильдинским?

— По сути, самостоятельно, но при этом я могу спросить или даже поболтать по-саамски с людьми, кто его изучает дольше. Таких, конечно, немного... И все они не носители, но всё равно некая группа — это важно в таком деле.

Знаете, спустя около года изучения этого языка я начинаю думать, что, на самом деле, материалов по кильдинскому достаточно много. Главное — уметь ими пользоваться, что иногда у меня не получается. Если кто-то хочет начать изучать кильдинский или другой саамский, то, как мне кажется, сначала стоит найти других людей, кто занимается подобным — очень помогает.

Если же говорить лишь о кильдинском, то могу посоветовать краткий грамматический очерк и словарь Риммы Дмитриевны Куруч или материалы Георгия Мартыновича Керта; современный онлайн-словарь Neahttadigisánit тоже очень помогает в начале. После можно поискать записи голоса, небольшие видео или, например, стихи Есенина на кильдинском. Хочу заверить сразу, что всё это есть, что очень круто, и я даже могу помочь с поиском для желающих!

Если вы изучаете редкий или необычный язык и хотите рассказать о нем — пишите в комментариях!