Где та мама, одобрение которой я заслуживаю?

Ире сорок четыре года. Вечером, когда все уже легли спать, она в пятый раз перечитывает презентацию. Цифры сходятся. А в голове всё равно звучит «Могла бы и постараться».

Голос мамин, тут без сомнений. Только реальная мама в воскресенье спрашивала про давление и про шапку. Про работу она не спрашивает лет двадцать, а ту фразу вряд ли помнит.

Внутреннюю маму мы собирали сами, в детстве — из того, что попадалось под руку: вздох над дневником, поджатые губы, тон, которым что-то сказала (и может быть, не один раз). Ребёнок запоминает эмоциональное. Поэтому внутренняя копия выходит гораздо суровее внешнего оригинала. И не стареет. Реальной маме семьдесят два, она шлёт котиков в вотсап. Та, что внутри, до сих пор стоит в дверях с укоризненным взглядом.

Мы годами спорим с первой и ждём от неё «ты молодец». А говорит в нас вторая. Этот голос когда-то работал: ругал нас раньше, чем приходила реальная мама — и это позволяло не сталкиваться с её эмоциями. Он перепроверял, страховал, охранял — как понимала охрану семилетка.

Выгнать такого охранника просто так не получится. Зато с ним можно разговаривать, и он, в отличие от реальной мамы, отвечает. Например, на вопрос: «Чего ты боишься, если я отправлю как есть?»

Ира отправила. С одной запятой, которую так и не поправила.

Какая фраза звучит у вас внутри маминым голосом?

#саморефлексия #взрослыедети