Сириус нахмурился, явно не понимая, зачем я заставляю его заниматься подобной ерундой с утра. Он угрюмо прохрипел что-то ругательное себе под нос и полез во внутренний карман. Пальцы несколько раз промахнулись мимо ткани, но наконец он выудил своё тёмное древко. Даже не предпринимая попыток встать, привычно крутанул кистью и вяло бросил:
— Люмос.
Ничего.
Он замер. Вся его похмельная развязность испарилась в секунду. Сириус выпрямился, сжал рукоять до побелевших костяшек и выкрикнул снова, с нарастающей злостью:
— Люмос!
Кончик палочки остался равнодушным. В гостиной продолжала царить все та же глухая, неестественная тишина, которую подтачивал только ритмичный стук метели по стеклу.
— Что за херня? — Сириус рывком поднялся на ноги. — Джеймс?
— Я сам без понятия, — сухо отрезал я.
Я подошёл к массивным дубовым створкам, ведущим из гостиной в холл. Бронзовая ручка оказалась настолько ледяной, что металл мгновенно обжёг пальцы. Я обхватил её обеими руками и рванул на себя. Дверь не подалась ни на миллиметр. Никаких свечений защитных рун, никаких видимых щеколд. Сложилось стойкое ощущение, что её намертво впаяли в каменную монолитную арку.
— С дверями та же дрянь, — выдохнул я, через плечо глядя на Сириуса. — Нас заперли. Или поместье запечатало само себя.
Сириус подошёл вплотную, без церемоний отпихнул меня плечом и со всего размаха врезал сапогом по дубовой панели. Гулкий, тяжёлый удар громко прокатился по комнате, но створка даже не шелохнулась.
— Бред какой-то, — прорычал он, и притворная уверенность впервые дала трещину. — Поттер, это твой дом. Сделай хоть что-нибудь!
Я молчал. Просто смотрел на него. В его взгляде читалось то же самое, что я чувствовал внутри. Затем оглянулся на Лили, которая судорожно подтягивала одеяло к подбородку у застывшего камина. На тридцать с лишним наших однокурсников, спавших вповалку на полу и ещё не ведавших, что они очутились в затхлом склепе, откуда не могут выбраться.
И впервые в жизни мне было абсолютно нечего им ответить.
Post #516
170