Иногда меня спрашивают, почему я работаю именно с НКО, а не консультирую благополучателей напрямую.

На самом деле на протяжении нескольких лет я совмещала и то, и другое. Работала с некоммерческими организациями, а параллельно консультировала людей, которые обращались к ним за помощью.

И я очень многое принимала близко к сердцу.

Особенно тяжело мне давались истории, связанные с детьми. После некоторых консультаций я еще долго мысленно возвращалась к разговорам, прокручивала детали, думала, чем еще можно было помочь. Постепенно я поняла, что перестаю отделять работу от жизни. А так долго не выдержишь.

Тогда я приняла для себя решение, которое до сих пор считаю правильным: я буду помогать тем, кто помогает.

Юрист для НКО - это тоже часть большой цепочки помощи. Если организация уверена в своих документах, спокойно проходит проверки, получает гранты, защищает свои проекты и не боится юридических рисков, значит, у него остается больше времени, сил и ресурсов на своих подопечных.

Мне кажется, это очень честная роль. Я не проживаю каждую историю лично, но знаю, что моя работа помогает тем, кто каждый день делает эту помощь возможной.

Наверное, это и есть мой главный способ не выгорать. Не становиться равнодушной, но и не растворяться в чужой боли. Сохранять профессиональную дистанцию не потому, что тебе все равно, а потому что только так можно быть полезной долго.

До сих пор считаю, что в социальной сфере заботиться нужно не только о благополучателях, но и о тех, кто помогает. И, пожалуй, это касается всех нас - иногда самые крепкие границы позволяют сделать гораздо больше добра, чем полное эмоциональное погружение.