Самые сложные проекты - это вообще не про право.

Не про договоры, не про согласования, не про поиск нужной нормы в законе. Хотя по роду деятельности многие ожидают от меня именно такого вывода.

На практике проекты чаще ломаются совсем в другом месте - в коммуникации.

Не потому, что кто-то плохой. А потому, что люди по-разному понимают одно и то же.

Кто-то говорит: «Мы договорились», имея в виду концепцию. Кто-то в этот же момент считает, что согласованы уже конкретные действия, сроки и ответственность. Проходит месяц - и оказывается, что каждый честно работал в рамках своей версии договоренностей.

Бывает и иначе. Все участники поддерживают идею проекта, искренне хотят результата, но ни разу не обсудили, что именно считают успешным итогом. В какой-то момент выясняется, что один строил систему, второй ждал красивое мероприятие, а третий рассчитывал на общественный эффект и публикации в СМИ.

Иногда проект начинает буксовать после фразы «это и так всем понятно». Обычно именно после нее и появляются самые большие сюрпризы.

За последний год я видела много ситуаций, когда юридическая часть была относительно простой. Закон позволял реализовать задуманное, документы можно было подготовить за несколько дней. Но потом неделями приходилось разбираться с ожиданиями, недосказанностью, обидами, разным пониманием ролей и ответственности.

И наоборот: были проекты с непростым регулированием, большим количеством документов и согласований. Но если между людьми было доверие и привычка разговаривать друг с другом честно и вовремя, все двигалось гораздо легче, чем ожидалось.

Наверное, поэтому с опытом начинаешь ценить не только хороший договор, но и хороший разговор.

Потому что большинство конфликтов появляется не тогда, когда закон запрещает что-то делать. А тогда, когда люди перестают уточнять, переспрашивать и слышать друг друга.

И если задуматься, то многие успешные проекты держатся вовсе не на идеальных документах. Они держатся на способности участников вовремя созвониться и задать простой вопрос: «Правильно ли я понимаю, что мы договорились именно об этом?»