В моем детстве было очень много книг. Книги уверенно занимали шкаф во всю стену в комнате родителей, таились в коробках, вальяжно лежали на полу, расползались по комнатам, гнездились на балконах. Не знаю когда их стало так много, но есть таблица, где перечислено примерно 2500 книг, с указанием мест их хранения.
Наверное, даже до того, как я научился читать, я уже был точно уверен, что книга это что-то очень важное. Во-первых, потому что каждая бумажная книга это физический предмет, который занимает пространство, и у него есть свое место. А книг было много, и пространства они занимали немало. Особенно некоторые, те, что потолще, скорее всего были особенно важны, раз места для них было не жалко. Потом еще выяснилось, что некоторые книги сложнее, чем другие, а до некоторых надо еще дорасти, потому что “детям такое рано”. Тут стало уже очевидно, что в больших сложных книгах совершенно точно есть, должно быть!, что-то важное и очень ценное.
И я читал самые большие и сложные книги, которые мог: сначала энциклопедии большого формата, а где-то лет в 10 добрался до “Путешествия на Запад”, классического китайского романа — а это 4 здоровенных тома почти по 600 страниц. И эта большая, внушительных габаритов книга и действительно оказалась для меня очень важной.
Центральный сюжет этого романа, написанного не совсем понятно кем в Китае XVI века, это фантастическая версия путешествия монаха Сюаньцзаня, который в VII веке отправился из Китая в Индию (поэтому “на запад”) за священными буддийскими текстами.
(Сюаньцзан в действительности отправился в паломничество в Индию, которое продлилось почти 20 лет, и привез и затем перевел огромное количество буддийских сутр на китайский. История и правда впечатляющая, даже в пересказе на википедии. Но роман, конечно, не об этом.)
Это буддийский роман, монах Сюаньцзан с четырьмя волшебными помощниками идут за свитками со священными текстами к самому Будде (Татхагате, Шакьямуни), и сам этот путь через реки-горы, это так или иначе путь духовного постижения. Длиннющий же текст долго вьется вокруг важности и ценности текстов, за которыми герои так долго и напряженно идут. Когда они все же получают свитки, то обнаруживается, что все они пусты, на них нет ни единого иероглифа. В ответ на жалобу, что тут нет ни единого слова, Будда отвечает, что свитки эти и есть истинное учение, и ничем они не хуже, чем те, на которых что-то написано. Но соглашается, что до этого надо еще дорасти, "люди не готовы", и придется все же выдать 5048 свитков со множеством слов.
Так я вычитал, что тексты бывают священные, содержательно высшей ценности, наивысшей важности, но и дело не в словах, они же только указывают куда-то. Какая интересная книга про книги, какие забавные слова про слова, как смешно и щекотно по ним прыгает мой ум! И тут же отвлекся, стал думать, чего бы еще такого почитать.
Рановато было, видимо.
