Paramount хочет купить Warner Bros. Почему сценаристы называют это угрозой профессии

Сценарист и шоураннер Майк Шур — один из авторов «Офиса», «Парков и зон отдыха», «Бруклина 9-9» и «В лучшем мире» — написал колонку о слиянии Paramount и Warner Bros. Discovery. Его главный тезис прост: когда в Голливуде исчезает ещё один независимый покупатель, сценаристам становится не только труднее продать проект. Сам рынок постепенно перестаёт работать.

Paramount собирается приобрести Warner Bros. Discovery. Сделка оценивается примерно в 110 миллиардов долларов с учётом долга. Под одной крышей могут оказаться Paramount Pictures, Warner Bros., HBO, CBS, CNN, Paramount+ и HBO Max. Акционеры WBD сделку одобрили, Министерство юстиции США не стало её блокировать, но Гильдия сценаристов Америки и коалиция из двенадцати штатов обратились в суд.

Почему сценаристов вообще должно волновать, кому принадлежат студии?

Потому что студия для сценариста — это покупатель. Пока Paramount и Warner Bros. существуют отдельно, проект, отвергнутый одной компанией, может заинтересовать другую. Две студии могут бороться за автора, предлагать разные условия и искать разные истории. После слияния вместо двух дверей останется одна — с единым центром принятия решений.

Шур напоминает, что раньше студии постоянно продавали сериалы друг другу. Warner Bros. производила «Сайнфелда» и «Скорую помощь» для NBC, а Fox — «Американскую семейку» для ABC. Сегодня корпорации всё чаще замыкают производство внутри собственных платформ. Рынок превращается в несколько закрытых экосистем, между которыми проекты почти не циркулируют.

Для автора последствия конкретны: меньше заказов, меньше мест в сценарных комнатах, меньше эксклюзивных контрактов, ниже гонорары и слабее переговорная позиция. Гильдия сценаристов утверждает, что объединённая компания станет крупнейшим работодателем сценаристов и покупателем кино- и телепроектов в США. Когда такой покупатель говорит «вот наши условия», ответить «тогда я уйду к конкуренту» становится всё сложнее.

Это ударит и по самим историям. Шур приводит в пример «Хитрости». Проект предлагали разным компаниям, но поверил в него только один руководитель HBO Max. Убери с рынка именно этого покупателя — и сериала могло бы не существовать. Необычные проекты появляются не потому, что их одобряют все, а потому, что среди руководителей находится один человек, готовый рискнуть.

Противники сделки ссылаются на покупку Fox компанией Disney в 2019 году. После неё система Fox была встроена в Disney, закрывались подразделения, отменялись проекты и начались массовые увольнения. Тогда сообщалось примерно о четырёх тысячах сокращений. Исчезла не только вывеска — исчез отдельный центр, который мог заказывать фильмы и поддерживать авторов, не подходивших Disney.

Paramount отвечает, что объединение позволит лучше конкурировать с Netflix, Amazon, Apple и Disney, увеличить производство и дать зрителям больше контента. Компания обещает выпускать не менее тридцати фильмов в год. Спор пока не закончен: сейчас речь не о свершившемся факте, а о сделке, которую пытаются остановить в суде.

Но страх сценаристов понятен. В кино конкурируют не только фильмы за зрителя. Студии должны конкурировать за сценарии, авторов и идеи. Если покупателей становится меньше, власть переходит от тех, кто предлагает проекты, к тем, кто решает, будут ли они вообще существовать.

И поэтому вопрос этого слияния шире корпоративной сделки. Он звучит так: сколько независимых людей должно иметь право сказать истории «да», чтобы кино оставалось разнообразным?