К вопросу о христианском осмыслении государства и права тесно примыкает и вопрос и о военной службе, в том числе, о степени ответственности правителя и простых солдат. Сегодня обратимся к фрагменту из трактата блж. Августина «Против Фавста Манихея», перевод которого я взял из дружественного сообщества ВК «Алетейя».
https://vk.com/wall-184478279_251451

«Важно также, по каким причинам и какой властью люди предпринимают войны. Однако естественный порядок, который устроен так, чтобы располагать смертных к миру, требует, чтобы властью начинать войну, если он сочтет нужным, принадлежала государю (princeps). На солдатах, в свою очередь, лежит обязанность перед миром и безопасностью общества исполнять воинские приказы.

Что касается самой войны, то непозволительно сомневаться, что верным образом начата война, которая начинается по воле Божией (Deo auctore), чтобы устрашить, сокрушить или покорить гордыню смертных. Впрочем, даже та война, которая затевается по человеческой страсти (cupiditas), не вредит не только нетленному Богу, но и Его святым; последним она скорее даже полезна — для упражнения в терпении, для смирения души и для перенесения отеческого вразумления. Никто не может иметь власти над ними, кроме того, кому она дана свыше. Ибо нет власти не от Бога (Рим. 13:1), Который либо повелевает, либо попускает.

Поэтому если праведник несет воинскую повинность, пусть даже и под властью царя-святотатца, он поступает правильно, когда ведет войну по его приказу, сохраняя порядок гражданского мира. И если ему дан какой-то приказ, относительно которого либо ясно, что он не противоречит заповеди Божией, либо не ясно, противоречит ли он ей, порядок службы оправдает этого солдата, даже если царя несправедливость его приказаний сделает виновным».


Augustinus. Contra Faustum, XX 75 // CSEL. Vol. 25. P. 673-674.