Итак, полемика с практикой совместного проживания аскетов разных полов была в равной степени актуальна для христианских проповедников Востока и Запада. Отчасти само это явление было естественным, так как девы-подвижницы так или иначе нуждались как в мужских руках для хозяйственных работ, так и в определенном духовном попечении со стороны церковной иерархии. Но всем известно, куда ведет дорога, вымощенная благими намерениями, так что уже сщмч. Киприан Карфагенский пишет довольно резкие строки в контексте одной скандальной ситуации, когда в женской общине дело дошло до романтических отношений между посвященной Богу девой и неким диаконом. Кстати, любопытно, что для описания духовной опасности использует он примерно те же образы, что и впоследствии свт. Григорий, в частности, образ пламени:

«Итак, первее всего, возлюбленнейший брат, как предстоятелям, так и народу должно особенно заботиться о тщательном соблюдении, ради страха Божия, Божественных правил благочиния, а также о том, чтобы не допускать братьев наших заблуждаться и жить по своей прихоти и произволу и подавать им верную помощь к жизни. Поэтому-то должно воспретить девам жить в одном доме с мужчинами, не говорю вместе спать, но и даже жить вместе, потому что и слабый пол, и возраст еще неопытный требуют от нас во всем задержки и руководства; а иначе можно подать повод к обольщению диаволу, который расставляет сети, жаждая добычи. Апостол сказал: «ниже дадите места диаволу» (Еф. 4, 26). Корабль, попавший на опасное место, тотчас нужно спасать оттуда, иначе он потерпит крушение среди подводных камней и скал. Быстро нужно выносить из дому во время пожара имущество, пока оно еще не охвачено сильным пламенем. Никто не защищен в то время, когда близка опасность».

Cyprianus Carthagiensis. Epistola 4.2, 1–2 // ССSL. T. 3B. P. 18–19.