Итак, с третьей попытки я таки сдала экзамен МАДА, чтобы мочь волонтёрить на скорой ("קורס מגישי עזרה ראשונה 60 שעות").
Это был путь длиной в 9 месяцев, 4 из которых ушли на то, чтобы сдать финальный экзамен по теории. Можно было справиться быстрее, но получилось как получилось. Про причины, по которым я пошла на курс, я писала тут.

0. Чтобы записаться на курс, нужно было как-то о нём узнать, заполнить анкету и пройти интервью. В открытых источниках я расписания курсов не нашла, но знакомый скинул мне ссылку на запись. Вроде бы можно записаться на курс через сайт, но я сама не пробовала.

Моё интервью началось на иврите, но под конец мы перешли на английский. Преподаватель расспросил меня про мотивацию, предыдущий опыт волонтрёрства, ожидания от курса, плюс рассказал о том, как он будет проходить. Я спросила, нормально ли, что мой иврит далёк от идеала. Мне сказали, что это ок, но надо будет стараться. Стараться правда пришлось.

Позже я узнала, что в Хайфе бывает курс на русском, его ведёт автор интересного канала про МАДА на русском @ambulance_il

1. Сначала надо было выучить теорию. Это можно было делать в своём темпе онлайн. Материалы были на иврите. Я переводила их гугл переводчиком, фоткая экран. Видео были без субтитров, но они частично дублировали содержимое презентаций, плюс за спиной у лектора на видео была доска, на которой были написаны тезисы. Учить теорию было очень интересно. Какие-то вещи дублировали курс первой помощи, который я проходила, когда училась на ныряльщика-спасателя в Мексике много лет назад, но тот курс был куда поверхностнее. Я сомневаюсь, что я правда смогла бы оказать первую помощь после короткого курса. У меня и сейчас нет увереннности, но я надеюсь, что она появится, когда я начну волонтёрить.

Было несколько созвонов в Зуме с разбором теории. Созвоны были на иврите, но тема каждого созвона была заранее известна, так что я обычно учила тему заранее и на созвонах понимала почти всё. Задавать вопросы и отвечать на вопросы инструкторов было тревожно - я была единственной недавно переехавшей на курсе, остальные были или местными, или давнишними репатриантами со свободным ивритом.

2. В начале первого практического занятия был экзамен по теории. Мы сдавали экзамен на компьютере, так что можно было переключить язык в браузере.

Всего было 5 практических занятий примерно по 4 часа каждое, они проходили раз в неделю вечером. Практические занятия состояли из отработки навыков оказания первой помощи, сердечно-лёгочной реанимации, работы с оборудованием (например, как померить давление), отыгрывания вызовов. Они были на иврите, но после теории я понимала всё, (кроме шуток преподавателей). Занятия заканчивались поздно вечером, под конец занятий ум заходил за разум, но было интересно.

Одногруппники в основном были старше меня, хотя были и совсем юные ребята. Женщин было чуть больше, чем мужчин. Я очень хотела с кем-нибудь подружиться, но у меня не получилось: я ездила на занятия в другой город и после занятий бежала на автобус. Если бы я сейчас начинала курс, я бы искала его в своём городе: дорога туда после работы и обратно в ночи без машины порядком выматывала.

3. Перед тем, как начать волонтёрить, надо было сдать практический экзамен - продемонстрировать навыки с практических занятий, а также сдать финальный экзамен по теории. Финальный экзамен по теории был сложным, а ещё пересдача была не на компьютере, а в бумажном виде на иврите. Мне разрешили пользоваться гугл-переводчиком. Помимо этого пришлось повозится с бюрократией и оргвопросами.

Сейчас я всё сдала и теперь сижу боюсь своей первой смены. И немножко - бюрократии, которая возможно меня от неё всё ещё отделяет.

Мне кажется, обучение и волонтёрство - неплохой способ выйти из русскоязычного пузыря и побыть полезной Израилю, прокачать иврит и превратить себя из человека, который может оказаться свидетелем или жертвой, в человека, который может оказаться полезным в чрезвычайной ситуации.

Рассказ про первую смену на скорой