Её часто представляют как сестру Лили Брик, но у Эльзы была и своя, отдельная — и очень интересная — история.
Триоле стала писательницей — и не просто писательницей: получила Гонкуровскую премию, как Марсель Пруст, Симона де Бовуар и Андре Мальро.
Вместе с Константином Симоновым она написала сценарий фильма «Нормандия — Неман», ввела в парижский свет Майю Плисецкую, устроила в Лувре выставку никому тогда не известного грузинского художника-самоучки Нико Пиросмани.
Все, кто когда-либо видел Эльзу, отмечали её невероятно красивые глаза.
Анри Матисс написал картину «Глаза Эльзы», Ив Сен-Лоран создал одноимённый костюм, а муж Триоле, писатель Луи Арагон, посвятил им поэму:
В глубинах глаз твоих, где я блаженство пью,
Все миллиарды звёзд купаются, как в море.
Там обретает смерть безвыходное горе,
Там память навсегда я затерял свою.
И если мир сметёт кровавая гроза,
И люди вновь зажгут костры в потёмках синих,
Мне будет маяком сиять в морских пустынях
Твой, Эльза, дивный взор, твои, мой друг, глаза.
Да что там поэма — безответно влюблённый в Эльзу Виктор Шкловский посвятил ей роман «Zoo, или Письма не о любви».
Почему не о любви?
Потому что о любви Эльза запретила ему писать:
Я очень устала. У меня, как ты сам говорил, сбита холка. Нас разъединяет с тобой быт. Я не люблю тебя и не буду любить. Я боюсь твоей любви, ты когда-нибудь оскорбишь меня за то, что сейчас так любишь.
Писать о любви женщине, у которой для него нет времени, Шкловский не стал, а не писать вовсе — не мог. Он писал ей о берлинской погоде, литературе, улицах и кафе, о знакомых… но получалось всё равно о любви.
Ни годы, ни расстояния не развели Лилю и Эльзу — полвека они писали друг другу письма.
Последнее письмо Эльза отправит сестре 4 июня, а 16-го умрет от сердечного приступа. Лиля Юрьевна тогда скажет:
Жизнь моя разломилась на две половины — с Эльзой и после Эльзы.