「 Зарисовка ・ сайхиро 」

А/У: постапокалипсис

Теттё с тяжёлым вздохом поставил чашку на стол. Этот стук словно предвещал что-то ужасное. Тишина в столовой лаборатории лишь усиливала это.

— Кажется, я заразился.

Эти слова, оброненные как бы между делом, поразили Дзёно до глубины души: единственная его опора в этом опасном мире, тоже заразилась этим жутким и таинственным О-31. Если и Теттё ослепнет, то как им выживать? Два слепых не продержатся долго, пусть и весь город потерял зрение вместе с ними. Они погибнут.
Конечно, Дзёно уже давно привык ничего не видеть и полагаться только на оставшиеся четыре чувства. Он умело передвигался по городу и понимал, где что. Однако — в чем никогда не признавался даже самому себе — рядом с Теттё он чувствовал себя будто чуточку увереннее.
При этом он не хотел сдаваться. Дзёно почему-то хотел верить, что это не О-31, а обычная простуда. В крайнем случае — очередной штамм коронавируса, что иногда вспыхивает с осени по весну вот уже больше сорока лет.

— Что ты чувствуешь? — спросил он у Теттё немного резко.

— Постоянно разбитый, — ответил тот со вздохом, — и горло болит.

Дзёно послышалось, что он часто заморгал — это нередко являлось явным признаком О-31 — и напрягся ещё сильнее.

— Только не говори, что ещё и глаза болят.

— Да, — пробормотал Теттё после долгого молчания.

— Как ты так мог?! — невольно закричал Дзёно, оперевшись об столешницу руками. Его голос так и сквозил отчаянием.

Осознав сделанное, он стушевался: сам того не желая, выдал все свои чувства. Но в следующее мгновение он взял себя в руки и стал молча наблюдать за Теттё. Тот сидел, растерянный. Дзёно уловил его ускорившееся сердцебиение и какой-то особый запах, который бывает только при смущении. Он едва заметно хитро улыбнулся: безумные мысли вдруг посетили его голову. К примеру, все это время он слышал лишь голос и запах Теттё. Что, если на ощупь понять, как он выглядит?..

— Хах, ну и мысли, — одернул себя Дзёно. — Наверное, в чай что-то подмешали.

— Но ты же ещё видишь что-то? — спросил он совершенно спокойно.

— Пока да, — последовал ответ.

В пространстве умные часы сообщили, что сейчас час дня. Обед прошёл. Дзёно сложил тарелки на поднос местного робота (подъезжая с равномерным пиканьем, тот механическим голосом произнес: «сдайте грязную посуду, пожалуйста») и выпрямился.

— Увидимся вечером, — вырвалось у него.

Теттё явно удивился, но ничего не сказал по этому поводу. Лишь согласился и сказал, что будет ждать возле лаборатории.
Остаток дня прошёл на редкость обыденно: чтение очередных документов про разработку вакцины и химические опыты с помощником Юито. Он ещё не ослеп от вируса, поэтому ему доверили работу с реактивами. Дзёно уже давно выкинул из головы мысли во время обеда. Теперь он, как всегда, сокрушался, что Юито никак не разберётся, как читать шрифт Брайля. В противном случае ему не пришлось бы по сто раз повторять, что надо добавить, и издеваться над мозолью на указательном пальце.

— Купи уже переводчик, — бросил он недовольно.

— Их постоянно разбирают! — тем же тоном воскликнул Юито. — Уже почти во всем городе теперь только по-вашему читать можно!

— Наконец-то.

— Угу. Для вас, Дзёно-сан, это «наконец-то», а я ещё не настолько слепой!

— Так закажи. В «Ракутене», наверно, ещё не разобрали.

— Это да, но в последнее время заказы задерживаются: здоровых людей на складах все меньше и меньше.

Дзёно пожал плечами.

— Тогда удачи поймать переводчик. Ладно, давай добавляй пиклоксидина гидрохлорид...

Вечером он привел лабораторию в порядок и поспешил к лифту. Из соседних дверей выходили люди, иногда натыкаясь друг на друга и принося извинения. Вскоре они собрались в лифте и поехали вниз. Несмотря на то, что рабочие халаты остались в кабинетах, здесь все равно сильно пахло химикатами.
Первое время Дзёно не переносил этот запах, но затем привык. К тому же некоторые реактивы въелись и в его повседневную одежду так сильно, что порошки не справлялись с ними.