Этот текст не только и не столько об арсенале, сколько – о цивилизации и антицивилизации, культуре и её носителях.
Архитектура – подобно скульптуре и живописи – один из языков культуры. Это искусство и это чувство. Архитектура рисует нам портрет носителей языка. Сообщает об истории города и его укладе. Она может стать символом культурного возрождения или вырождения, символом глубины или нищеты культуры, выражением цивилизации или антицивилизации.
/// Цивилизация и антицивилизация
Цивилизация – это высшее проявление общественного организма, в котором выражен его исторический и культурный опыт. Сложная конструкция, построенная на принципах созидания, упорядочивания и усложнения, а главное – на определённых ценностях, в которых и выражается цивилизационная сущность.
Антицивилизация – явление, стремящееся к уничтожению цивилизации. Сознательное или бессознательное разрушение цивилизационных основ, путём размывания и подмены ценностей, культурного обнищания, движения от сложного к простому. Движение вспять.
/// Цивилизация Брянска
В 1783 г. в Брянске начали строительство литейного двора. Уездный и периферийный Б. превратился в четвёртый артиллерийский арсенал империи. Он быстро разросся и вскоре стал одним из главных артиллерийских и оружейных заводов России.
В масштабе Брянска, арсенал – градообразующее ядро. Под влиянием своего промышленного сердца, город обрастал населением и инфраструктурой. В 1816 г. здесь открыли Школу кантонистов для детей нижних воинских чинов. Они изучали чтение и чистописание, арифметику, геометрию, черчение артиллерийских и архитектурных планов. Позже на базе арсенала запустили и курсы подготовки офицеров.
В конце XIX в. на Брянском арсенале появилась первая в городе электростанция, которая обеспечивала производство и ближайшие «гражданские» территории (следующий шаг в электрификации города сделали братья Могилевцевы, ныне тоже забытые). Статус одного из ключевых военно-промышленных центров империи впоследствии помог Брянску «выбиться» в губернии.
В государстве большевиков артиллерийское производство прекратилось, завод переориентировали под гражданские цели. Вернулся инженер Л. А. Борович, уволенный с арсенала в 1907 г. за революционные взгляды. Он изобрёл первую в Союзе текстильную машину для первичной переработки льна, которую в 1925 г. начали выпускать на заводе.
Дальше была война, оставившая от литейного двора решето кирпичных стен. Екатерининский Литейный дом выстоял, но был перепрофилирован – производственный цех уступил место дому культуры «Арсенал». Литейный дом восстановили по проекту А. А. Саломахина, придав историческому зданию роскошь послевоенного сталинизма.
/// Антицивилизация Брянска
В прошлом столетии Литейный дом перестал быть промышленным центром Брянска, а в нашем столетии – центром культурным. Пережив пожары, снаряды и бомбы, он быстро ветшает и гниёт – серьёзной попытки законсервировать объект никто не предпринял (стоит отметить лишь замену крыши в 2011 г., которая уберегла главный корпус от стремительного разрушения).
В новой иерархии ценностей и ориентиров брянского микрокосма архитектурный ансамбль Литейного дома стал бременем, которое никто не хочет нести. Опустели не только стены, но и смыслы. Город не предлагает общественного-культурного, просветительского, образовательного, досугового и музейного пространства. Но предлагает возложить это бремя на застройщика, который выстроит на территории литейного двора очередной жилищный комплекс.
Антицивилизация не только отстраняет творческую потенцию, но и предлагает освобождение от бремени. Не способная предложить новые смыслы, она лишь вымывает и подменяет унаследованные ценности. За столетия Литейный дом стал олицетворением Брянска. Он – памятник прошлого, портрет настоящего и ключ к будущему города.