Вернувшись из Германии, где он на средства Императора Александра I лечился (безуспешно) от душевного недуга, Константин Батюшков написал Жуковскому:
«С рождения я имел на душе черное пятно, которое росло с летами и чуть было не зачернило всю душу. Бог и рассудок спасли. Надолго ли — не знаю!»
Старшего товарища в начале 1830-х навещал в Москве Пушкин. Несмотря на то, что врачи отмечали "спокойный" период безумия Батюшкова. Александр Сергеевич получил повод задуматься и о чистоте своего рассудка, что, возможно, и есть первый толчок к таким стихам
Post #173
256