Джон Лидгейт (ок. 1370 – ок. 1451)

Баллада, предостерегающая мужчин от лукавых женщин

Любовники, молю, остерегайтесь –
Не дайте похоти вас взять в полон,
В кого попало больше не влюбляйтесь.
Самсон могучий, мудрый Соломон –
Всяк женской ложью встарь был обольщен.
Мой приговор пора бы вам принять:
Кто зазевался, будет мух глотать!

Как ни был бы прекрасен женский лик,
В них веры мало, правда в них растленна,
Румянами себя украсят вмиг,
Но верность ненадежна в них и бренна,
В них лжива дружба, истинна измена,
Свой нрав сто раз успеют поменять.
Кто зазевался, будет мух глотать!

Три свойства женская имеет масть.
Вот первое: все лгут и нас дурачат,
Второе: женщинам по нраву прясть,
А третье вас немало озадачит:
Чуть что не так – они берут и плачут,
Чуть что хотят – давай слезу пускать…
Кто зазевался, будет мух глотать!

Как ни старайся весь живущий люд,
Чтоб изменить их разум легковесный,
Не победишь природы – тщетен труд!
Мир связан честью, а они бесчестны,
Они смеются лишь – то всем известно.
Им верить – сказку истиной считать.
Кто зазевался, будет мух глотать!

Влюбленного жалею молодца –
У женщин мигом будет он обрит,
Кругом острижен будет, как овца.
Не все то злато, что в глаза блестит, –
Отраву лик напудренный таит.
Как то, что в головах у них, понять?
Кто зазевался, будет мух глотать!

Что всех на свете легче и быстрее?
Иные скажут – это солнца луч,
Но буйный ветер, беззаботно вея,
Так переменен, легок и летуч…
И все же, будь ты мудр или дремуч,
Легчайшей женщину пора признать.
Кто зазевался, будет мух глотать!

Сказать короче – обернись весь свет
Пергаментом наскобленным и белым,
А море синее, где брега нет,
Разлейся океаном почернелым,
Стилóм стань палка, всяк – писцом умелым, –
Всех женских козней им не описать.
Кто зазевался, будет мух глотать!

A Balade: Warning Men To Beware of Deceitful Women

Loke wel aboute, ye that lovers be;
Lat nat your lustes lede you to dotage;
Be nat enamoured on al thing that ye see.
Sampson the fort, and Salamon the sage
Deceived were, for al hir gret corage;
Men deme hit is right as they see at y;
Bewar therfore; the blinde et many a fly.

I mene, in women, for al hir cheres queinte,
Trust nat to moche; hir trouthë is but geson;
The fairest outward ful wel can they peinte,
Hir stedfastnes endureth but a seson;
For they feyn frendlines and worchen treson.
And for they be chaungeáble naturally,
Bewar therfore; the blinde et many a fly.

Women, of kinde, have condicions three;
The first is, that they be fulle of deceit;
To spinne also hit is hir propertee;
And women have a wonderful conceit,
They wepen ofte, and al is but a sleight,
And whan they list, the tere is in the y;
Bewar therfore; the blinde et many a fly.

Though al the world do his besy cure
To make women stonde in stablenes,
Hit may nat be, hit is agayn nature;
The world is do whan they lak doublenes;
For they can laughe and love nat; this is expres.
To trust in hem, hit is but fantasy;
Bewar therfore; the blind et many a fly.

What wight on-lyve trusteth in hir cheres
Shal haue at last his guerdon and his mede;
They can shave nerer then rasóurs or sheres;
Al is nat gold that shyneth! Men, take hede;
Hir galle is hid under a sugred wede.
Hit is ful hard hir fantasy t’aspy;
Bewar therfore; the blinde et many a fly.

What thing than eyr is lighter and meveable?
The light, men say, that passeth in a throw;
Al if the light be nat so variable
As is the wind that every wey can blow;
And yet, of reson, som men deme and trow
Women be lightest of hir company;
Bewar therfore; the blind et many a fly.

In short to say, though al the erth so wan
Were parchëmyn smothe, whyte and scribable,
And the gret see, cleped the occian,
Were torned in inke, blakker then is sable,
Ech stik a penne, ech man a scriveyn able,
They coud nat wryte wommannes traitory;
Bewar therfore; the blinde et many a fly.