Кристина Россетти / Christina Rossetti (1830 – 1894)

***
Мрачной зимней ночью вьюгой стонет даль,
Каменеют воды, и земля как сталь.
Снег валится с неба, снег на снег, на снег...
Мрачной зимней ночью, в давний век.

Богу неба мало, земле Его не вместить,
Падут и земля, и небо, когда Он придет царить.
Мрачной зимней ночью место в хлеву нашлось
Тебе, Господь Всевышний, Иисус Христос.

Хватит Тому, Кому ангелы славу пели,
Молока из груди, сена для постели,
Хватит Тому, Кому вечно лилась хвала,
Поклоненья верблюда, вола и осла.

Ангелов, архангелов было с Ним не счесть,
Херувимы, серафимы воздавали честь,
Здесь лишь Матерь-Дева, радостью блестя,
Чтит своим лобзаньем любимое дитя.

Что мне подарить Ему в нищете моей?
Будь я с пастухами – агнца, всех белей,
Будь я из царей-волхвов, был бы щедрым дар...
Что мне подарить Ему? Только сердца жар.


In the bleak midwinter, frosty wind made moan,
Earth stood hard as iron, water like a stone;
Snow had fallen, snow on snow, snow on snow,
In the bleak midwinter, long ago.

Our God, Heaven cannot hold Him, nor earth sustain;
Heaven and earth shall flee away when He comes to reign.
In the bleak midwinter a stable place sufficed
The Lord God Almighty, Jesus Christ.

Enough for Him, whom cherubim, worship night and day,
Breastful of milk, and a mangerful of hay;
Enough for Him, whom angels fall before,
The ox and ass and camel which adore.

Angels and archangels may have gathered there,
Cherubim and seraphim thronged the air;
But His mother only, in her maiden bliss,
Worshipped the beloved with a kiss.

What can I give Him, poor as I am?
If I were a shepherd, I would bring a lamb;
If I were a Wise Man, I would do my part;
Yet what I can I give Him: give my heart.