У. Х. Оден (1907 – 1973)
W.H. Auden

Оксфорд

Природа наступает; старые грачи в садах колледжей,
Словно резвые младенцы, говорят языком чувств,
Мимо башен река все течет и течет к морю,
Камни в этих башнях все еще
Полностью довольны своим весом.

Минералы и животные так себялюбивы,
Что грех лености в них подавляет прочие,
Красотой небрежной с нервическими школярами
Соревнуются: одна ошибка
Против бесчисленных недостатков.

За городом – фабрики, потом края зеленые,
Где сигарета утешит злых, церковь – слабых,
Где тысячи крутят, тычут и тратят деньги:
Эрот Детоводитель
Плачет на девственном ложе.

И над говорливым городом, как и всюду,
Плачут ангелы неприкаянные. И здесь знание смерти –
Истребительная любовь, и природному сердцу не нужен
Низкий нелестный голос,
Бессонный, пока его не услышат.

Oxford

Nature invades: old rooks in each college garden
Still talk, like agile babies, the language of feeling;
By towers a river still runs coastward and will run,
  Stones in these towers are utterly
  Satisfied still with their weight.

Mineral and creature, so deeply in love with themselves
Their sin of accidie excludes all others,
Challenge our high-strung students with a careless beauty,
  Setting a single error
  Against their countless faults.

Outside, some factories, then a whole green country
Where a cigarette comforts the evil, a hymn the weak;
Where thousands fidget and poke and spend their money:
  Eros Paidagogos
  Weeps on his virginal bed.

And over the talkative city like any other
Weep the non-attached angels. Here too the knowledge of death
Is a consuming love, and the natural heart refuses
  The low unflattering voice
  That sleeps not till it find a hearing.