Дэвид Герберт Лоуренс / David Herbert Lawrence (1885 – 1930)

Судьба и молодое поколение

«Странно подумать – всех Карениных, Вронских, Безуховых, всех толстовцев
перебили.
И Алеш, и Мить, и Мышкиных, и Ставрогиных – всю достоевщину
перебили.
И чеховских мятущихся мямлей – всех перебили.
Их нет! Погибли или бродят с ощипанными перьями в изгнании,
в общем, были они – и больше их нет.
Кто потом – прустианцы? После – наша английская intelligentsia?
Это что-то из области «Quos vult perdere Deus»*?
А вообще толстовцы сами на истребление напросились:
«Ешь меня, дорогой мужичок!» – а мужик их и слопал.
А достоевщина вся погрузилась в мечтанья:
«Так нагрешу, что к Богу приду!» – да так нагрешили,
что вымерли.
А чеховцы – «Я слишком слаб, слишком мил, чтобы жить!»
И все пропали.
Вот и прустианцы: «Милая смерть, дай же мне
приползти к тебе
ничтожным червем!» – Приползли куда надо.
А вот теперь наши: «Нет, не хочу умирать,
но, Бог свидетель, коли придется…»
– Что ж, в этом тоже смысла будет немного.

* Начало латинского афоризма quos vult perdere Deus prius dementat («кого Бог хочет погубить, того сперва лишает разума»).

Fate And The Younger Generation

‘It is strange to think of the Annas, the Vronskys, the Pierres, all the Tolstoyan lot
wiped out.
And the Aloyshas and Dmitris and Myshkins and Stavrogins, the Dostoevsky lot
all wiped out.
And the Tchekov wimbly-wombly wet-legs all wiped out.
Gone! Dead, or wandering in exile with their feathers plucked,
anyhow, gone from what they were, entirely.
Will the Proustian lot go next? And then our English intelligentsia?
Is it the ‘Quos vult perdere Deus’ business?
Anyhow the Tolstoyan lot simply asked for extinction:
‘Eat me up, dear peasant!’ – so the peasant ate him.
And the Dostoevsky lot wallowed in the thought:
‘Let me sin my way to Jesus!’ – So they sinned
themselves off the face of the earth.
And the Tchekov lot: ‘I’m too weak and lovable to live!’-
So they went.
Now the Proustian lot: Dear darling death, let me
wriggle my way towards you
like the worm I am! – So he wriggled and got there.
Finally our little lot: ‘I don’t want to die
but by Jingo if I do!’
– Well, it won’t matter so very much either.