СолнцеликийОн сказал, что ты не любишь праздновать свой день рождения, поэтому они с Оскаром и Николасом поздравляют тебя с днём октавианской чистокровной овчарки, который тоже выпал на 31 июля. Я думал, что Гедеон так шутит...
К сожалению, он не шутит. Я благодаря им узнал, что у нас в стране существует день октавианской овчарки🥲 И я уверен, что это идея Вотермила.
СолнцеликийОн сказал, что ты не любишь праздновать свой день рождения, поэтому они с Оскаром и Николасом поздравляют тебя с днём октавианской чистокровной овчарки, который тоже выпал на 31 июля. Я думал, что Гедеон так шутит...
СолнцеликийОн сказал, что ты не любишь праздновать свой день рождения, поэтому они с Оскаром и Николасом поздравляют тебя с днём октавианской чистокровной овчарки, который тоже выпал на 31 июля. Я думал, что Гедеон так шутит...
Последний из Благородного легионаЯ так и знал:) А он случайно не говорил, что я не праздную свой день рождения?
Он сказал, что ты не любишь праздновать свой день рождения, поэтому они с Оскаром и Николасом поздравляют тебя с днём октавианской чистокровной овчарки, который тоже выпал на 31 июля. Я думал, что Гедеон так шутит...
Ау, в которой Гедеон сбрасывает пар на ночных уличных гонках. И в одном из заездов его обгоняет наглый полукровка, который оказывается никем иным, как Скэриэлом Лоу.
Скэр: Думаю, как-нибудь показать этот ночной мир Готье... Гедеон: Только попробуй. Скэр: Боишься, что он увидит, как его лучший во всём старший брат уступает первое место мне? Гедеон: Это вызов? Скэр: Победитель заполучает себе на пассажирское сидение Готье? Гедеон: Мой брат не предмет для ставок. И у тебя всё равно нет никаких шансов. Скэр: Вот и посмотрим😏
люмьер целует — жадно, влажно, с языком, так, что гедеон всхлипывает ему в рот. палец люмьера скользит по коже под ошейником, давит на кадык, и гедеон чувствует, как кружится голова. оскар позади шепчет: «не дёргайся», а сам прижимается бедрами к его спине, и гедеон понимает, что оскар возбужден лишь от того, как он сидит у него между ног и целуется с люмьером.
люмьер отрывается от его губ, ведет пальцем по ошейнику к пряжке, щёлкает, чуть ослабляя, и тут же снова затягивает резко, так, что гедеон хватает ртом воздух и стонет.
— тихо, — командует оскар, и люмьер наклоняется к гедеону снова, но теперь целует не в губы — он целует ошейник, проводит языком по коже над ним, по металлическому кольцу, и гедеон скулит, чувствуя, как мокрый след остывает на шее. оскар ведет ладонью по его груди, накрывает сосок и сжимает. гедеон вновь дергается, но оскар держит его крепко, а люмьер тянет за ошейник сильнее, заставляя прогнуться в спине, и кусает в шею, оставляя следы.
все утро думаю про гедеона в ошейнике — только лишь в ошейнике, — который сидит спиной к полностью одетому оскару, и тот крепко-крепко держит его, пока люмьер — тоже полностью одетый, — подцепляет ошейник пальцем, тянет на себя и целует гедеона.
