Термин "агрессия" в обыденном понимании и в понимании некоторой части психологов (например, гештальт-терапевтов) означает близкие, но не идентичные феномены. Хочу здесь своими словами пояснить, в чем разница.

Для начала: агрессия — это не эмоция, а поведение, которое может запуститься любыми эмоциями: гневом, страхом, тревогой, стыдом, чувством вины и так далее. В повседневном понимании агрессия отождествляется с насилием, причинением физического или психологического вреда. Недостаток этого взгляда заключается в том, что мы крайнюю точку одного очень важного психического процесса принимаем за весь процесс. Это как если бы мы клеймили позором радость из-за того, что кто-то может злорадствовать, или считали, что физическая активность — это плохо из-за того, что люди могут травмироваться или даже умереть из-за злоупотребления этой самой активностью. Что же за процесс, крайней точкой которого действительно может быть насилие и боль?

Этот процесс - перевод любого нашего внутреннего импульса (порожденного нашими потребностями и отраженного в виде эмоций) вовне в виде слов или действий. Почему любого, и почему это тоже называется агрессией? Исходное значение слова «агрессия», как знают многие, кто интересуется гештальт-терапией, это «движение к чему-то». Любое движение нарушает сложившееся на данный момент статус-кво. И не просто нарушает, а разрушает, создавая что-то новое в окружающей ситуации. И это движение далеко не для всех будет приятным. Например, попросили мы кого-то сходить в магазин. Что здесь агрессивного? А то, что мы воздействуем на другого человека, чтобы он что-то для нас сделал, и этим меняем его психологическое состояние. И дальше, понятное дело, многое зависит от него самого: хочет он сам сходить в магазин или нет, любит он нас или нет, болеет или полон сил, торопится куда-то или у него много времени, умеет он говорить «нет» или не способен на это. Масса факторов, определяющих его реакцию, но — наше проявление уже бесповоротно изменило ситуацию. Понятно, что ситуация эта очень-очень частная, но показательная. Невозможно быть в этом мире и не быть агрессивным. Другое дело — как я готов встречаться уже с встречной агрессией человека, когда он нам, например, говорит «нет» в ответ на нашу просьбу. Считаюсь я с этим, или продолжаю настаивать на своем, не останавливаясь даже перед причинением боли? Процесс все тот же, но именно эту часть мы обычно агрессией и называем — когда человек перестает считаться с другими людьми.

По степени интенсивности этот единый процесс — агрессию — можно разделить на три очень условных «участка» (один переходит в другой в зависимости от увеличения активности, как нарастающее давление или значение термометра).

1. «Прикосновение» — это проверка границ. Я о чем-то прошу, высказываю свое мнение, проявляюсь еще каким-либо образом — и жду реакции другого человека. Для кого-то уже сам факт того, что я о чем-то высказываюсь, может оказаться неприемлемой агрессией! Но на этой стадии обычно так: вам что-то предложили, вы отказались/согласились, человек спокойно действует в согласованности с вашей реакцией. То есть в ответ человек или прикасается уже к нам (если у него есть встречное движение), или же отстраняется, уклоняется.

2. «Давление» — это попытка подвинуть другого, чтобы освободить место себе. Ключевой момент здесь — подвинуть, по принципу «мне тоже здесь есть место, учитывайте и меня так же, как я стараюсь учитывать вас». Мы настаиваем на своем (даже если с нами не согласны изначально), но все же пытаемся считаться с реакциями других людей. Процесс, обратный давлению — отталкивание (то есть уже когда давят на нас).

3. «Уничтожение (аннигиляция)». В какой-то момент давление от легкой формы может перейти в попытку психологического или даже физического уничтожения другого человека как препятствия на моем «движении к...». Вот это зона вполне четко и конкретно распознаваемого насилия, почти у всех ассоциирующегося с агрессивным поведением.