❷ — 16 лет —
③ Гриффиндор ≪ー
❹ 6 курс ＊*･
『⑤ Биография:』
В своей семье Уён выглядит как самая настоящая паршивая овца, белая ворона, ураган — слишком ярко и громко, даже вызывающе. Как кричит его бабушка, порой брызжа слюной: «Ты позоришь наш род своими проделками!», «Уён, ты позор семьи!» И он, поддакивая бабушке громко и нарочито, суёт младшему брату конфетку, благодаря которой через минуту у того краснеет лицо и из ушей идёт пар собственного производства, — тем самым ещё больше зля её и родителей. Даже на семейном портрете парень выглядит красочно, со своей широкой улыбкой, пока все домашние с серьёзными лицами смотрят на художника. Даже по одежде они отличались тогда: мама, папа и брат — в тёмных оттенках, Уён же в красном пиджаке выглядел на их фоне пятном. Мама тогда попросила сначала убрать его, а потом пыталась изменить, но он не сдался. В итоге портрет висит в коридоре их особняка как напоминание, что Уён — главная белая ворона их рода, что было понятно с самого рождения. Но обо всём по порядку.
Чон — древний род чистокровных волшебников, эмигрировавших в девятнадцатом веке в Англию. Они гордятся чистотой своей крови и смотрят свысока на маглорождённых и бедных. «Заносчивые рожи», — как ласково называл Уён родственников шёпотом на семейных застольях и праздниках. У них презирали любое общение с обычными волшебниками не из богатых семей или с маглорождёнными. Как ни странно, они все поголовно учились на Слизерине. Для них это показатель статуса и уважения. Другие факультеты считались предательством, и среди родственников такое даже не упоминалось.
Отец — уважаемый человек, начальник отдела волшебных артефактов в Министерстве магии. Его карьерный путь был долгим, и пользоваться связями родственников для него было позором, что остаётся так и до сих пор. Он никогда не кричит, ведь считает крик признаком слабости, говорит только размеренно, с паузами, из-за чего провинившийся человек предпочёл бы, чтобы он кричал, а не говорил словно с ребёнком. И самое главное: отец никогда не улыбается, максимум слегка ухмыляется уголком рта. А ещё от него никогда не услышишь комплиментов и поощрения — только «приемлемо» и «недостаточно хорошо».
Мама была такой же, как отец: тоже серьёзная и не понимающая Уёна. Для неё чистота крови стоит превыше всего. Работает она старшей целительницей в госпитале Святого Мунго, специализируясь на ядах и проклятиях. Главное различие с отцом в том, что она считает, будто всегда и во всём права; каждое её слово — приговор. И женщина никогда не злится, а выражает неодобрение и полное разочарование, и чаще всего разочарована собственным сыном.
Уён родился первого апреля, что сразу выдавало его необычность среди родственников. С самого раннего возраста он проявлял энергию: как помнила мама, мальчик с восьми месяцев начал ходить и больше не останавливался ни на минуту. Магия начала проявляться уже в три года, когда Уён решил достать с верхней полки печенье, но случайно поджёг занавеску и подпалил накидку домашнего эльфа. У отца тогда задёргался глаз, мама же только посмеялась. Когда Уёну было два года, родился его младший брат Ханджи, к которому он отнёсся с любопытством. Когда малыш заплакал, мальчик тоже заплакал от неожиданности. С того момента он стал защитником брата, даже если сам порой его доводит.
Свою непохожесть на семью Уён почувствовал сразу. Родители говорили тихо и чётко, он же — громко и быстро, порой запинаясь. Родители не улыбались — он улыбался всегда и широко. В их доме шутки звучали редко — Уён же шутил постоянно и не мог пропустить момент, чтобы вставить шутку. Но сильнее это проявлялось в вопросе маглов: мальчик часто задавал вопросы о том, почему им нельзя общаться с такими детьми, и отец часто осаждал его своим вечно спокойным тоном. А Уён не понимал разницы между собой и обычными детьми, играя вместе с ними в деревне. Он часто спрашивал, почему не может общаться с маглами, и всегда получал одно и то же: «Уён, маглы — грязь под ногтями, и если ты не видишь разницы, то ты не достоин носить фамилию Чон». Мальчик на это только пожимал плечами и хмыкал. Он всё равно не понимал, но запоминал — и всё больше злил отца и доводил мать до ужаса.
Чем старше становился Ханджи, тем больше чувствовалась их разница. Уён — паршивая овца на линии их рода, тот, кого обходят стороной на праздниках, на кого смотрят косо и крутят пальцем у виска. Ханджи же, наоборот, — примерный мальчик: тихий, спокойный, с родственниками не спорит и никуда не лезет, если не надо. И случайно, но брат стал жертвой его фокусов и приколов. Первый серьёзный инцидент случился в девять лет, за два года до письма: Уён решил улучшить метлу отца, что стояла в подвале и которой не пользовались уже лет десять. Подсмотрев некоторые заклинания в отцовской книге, сворованной палочкой прислуги, он наколдовал как смог и попытался запустить метлу во дворе. Метла взлетела, но вместо того чтобы лететь вперёд, начала крутиться с бешеной скоростью, а позже взорвалась, разбросав щепки по двору. Отец был в бешенстве: наказал сына, заперев его дома на месяц, и уволил служанку, что не уследила за своей палочкой. Но Уёну было без разницы на это наказание — самым главным стало то, что Ханджи был во дворе в тот момент, и одна из щепок попала ему по лицу, оставив шрам. В ту ночь мальчик провёл всю ночь у кровати брата, извиняясь и плача, но младший на него совсем не злился, принимая причудливость брата. С того момента Уён не перестал проводить эксперименты и приколы над братом, но стал аккуратнее, когда тот был рядом.
Письмо из Хогвартса стало неудивительным в их доме, а наоборот — радостью, ведь родители думали, что их сын образумится на Слизерине (других факультетов они и не ждали), станет спокойнее, повзрослеет. Но как бы не так. Выбор учебных материалов пал на самые лучшие, а палочка точно описывала парня, ведь испускала искры, когда Уён что-то задумывал. Вообще, учёбу в Хогвартсе мальчик ждал, ведь это означало, что высокомерные взгляды родственников и осуждающего отца перестанут его преследовать. Родители дали ему только одно наставление: «Только Слизерин, Уён, не позорь нас». Как жаль, что он их никогда не слушал. Для него не стало удивительным, что шляпа выкрикнула заветное «Гриффиндор». Писать письмо родителям поначалу не хотелось, да и он знал, что они сами узнают, но пришлось. Это было короткое: «Я поступил на Гриффиндор». Ответа не пришло, да и он не ждал.
Освоился Уён в школе очень быстро, насколько мог. Но все его заклинания были немного... взрывными. На уроке заклинаний, пытаясь выполнить «Вингардиум Левиоса», он случайно взорвал перо, которое должно было лететь. На что преподаватель только ухмыльнулся и сказал: «Мистер Чон, у вас невероятная сила, только её нужно научиться контролировать».
Свою первую вредилку Уён изобрёл на первом курсе — это была «Хлоп-конфета». Вся её суть заключалась в том, что на вид это обычная конфета, но при прожёвывании она издавала громкий звук хлопка, и изо рта шёл цветной фиолетовый пар, окрашивая рот в этот же цвет. Эффект держится три дня, и всё это время мальчик ходил с цветным ртом, уворачиваясь от вопросов преподавателей.
С отцом Уён предпочитал не общаться, ведь понимал, какая реакция на его письмо о факультете: он ему больше не сын. С мамой общался втайне от отца, переписываясь небольшими, но тёплыми письмами.
На втором курсе Уён изобрёл вредилку «Порошок Панды» из толчёных стеблей бамбука и секретного ингредиента. Если кинуть его в камин, оттуда вылезет гигантская призрачная панда, которая начнёт носиться по комнате, издавать звуки, напоминающие рёв и хихиканье, ломая мебель. Впервые он испытал его в гостиной Гриффиндора: панда снесла три столба и испугала студентов, одного даже попыталась обнять. Когда декан вбежал в гостиную, то увидел только облако бамбукового дыма и мальчика, который пытался выглядеть невинно. Отработка была месяц и сняты несколько баллов с факультета, но это стоило того.