🤍🤍 #зарисовка #достозаи #стекло
▪️▪️▪️▪️▪️▪️▪️▪️▪️▪️
Тёплое утро осени. Солнце освещало город, окрашивая улицы в тёплые тона.
Фёдор сидел за столиком возле окна в кафе. Свет падал на страницы книги Достоевского, освещая строки. В помещении было тихо: посетителей с утра почти не было, лишь молодая девушка в другом конце кафе листала журнал. Эта тишина была приятной.
Раздался тихий звук открывающейся двери. Фёдор не отрывался от чтения, но потом услышал знакомый голос:
— Что читаешь?
Он поднял голову. Перед ним стоял Дазай, слегка щурясь от солнечного света. Потом сел за его столик, рассматривая друга.
— Роман, — ответил Фёдор, закрывая книгу.
— Ясно… — Дазай откинулся на спинку стула, привычно поправив рукав пальто..
На некоторое время между ними повисла тишина.
Первым молчание нарушил Фёдор:
— Какими судьбами ты здесь? — он отложил книгу.
— Вышел прогуляться и заметил тебя в окне кафе. Вот и зашёл.
Фёдор слегка кивнул. Они ещё некоторое время сидели, разговаривали о пустяках — о погоде, о том, что в городе опять что-то перестраивают, о старых учителях, которых оба терпеть не могли. Потом решили прогуляться по парку. Листья шуршали под ногами, и этот звук был таким привычным, что казалось — так будет всегда.
Спустя пару часов они разошлись.
Придя домой, Дазай, как обычно, заварил себе чай и наблюдал за городом, сидя на подоконнике. За окном зажигались фонари, кто-то спешил, кто-то никуда не торопился. День получился правильным. Простым и правильным.
Через два дня они снова встретились в кафе. И Дазай сразу заметил, что Фёдор выглядит… иначе. Не так, как раньше. Он будто старался держаться ровно, но пальцы у него подрагивали, когда он брал чашку. Когда они в конце прогулки, уже поздно вечером, стояли на остановке, Дазай пожал ему руку — и почувствовал, какая она холодная. Почти ледяная. Это напрягало, но Дазай ничего не спрашивал. Не потому что ему было всё равно. А потому что он боялся услышать ответ.
Уже прощаясь, Фёдор вдруг достал из сумки потрёпанную книгу.
— На, держи. У меня она всё равно на полке пылится.
Дазай сразу узнал её. Они любили её читать в школьные годы, спорили над каждой страницей, а потом смеялись над тем, какими серьёзными были. На его лице появилась улыбка — тёплая, немного глуповатая от воспоминаний.
— Спасибо, — сказал он, прижимая книгу к себе.
Придя домой, Дазай принял душ и пошёл спать. На следующий день он вспомнил про книгу. Взял её со своей полки, открыл на середине. Сразу почувствовал запах пыли и старой бумаги — запах, который напомнил ему о школьной библиотеке и долгих разговорах ни о чём.
Но потом он обратил внимание на поля.
Они были исписаны аккуратным почерком Фёдора. Только сейчас, при дневном свете, Дазай заметил то, чего не мог увидеть раньше: буквы будто дрожали. Строчки слегка плыли...
На одной странице было выведено: «Помнишь, ты говорил, что эта книга слишком мрачная? А мне она нравилась, потому что в ней было про людей, которые не сдаются». Ниже, уже мельче, почти неразборчиво: «Даже когда сил совсем нет».
Дазай перелистнул страницу. Ещё одну. И ещё. Записи были везде — на полях, между строк, на пустых страницах в конце. Будто Фёдор торопился успеть, пока рука ещё могла держать ручку.