Дебора оказалась в темной каменной комнате, но от стен, усеянных как будто бы сотнями светлячков, исходило тепло. Девушка-дервиш, невысокая, полная, с длинными светлыми волосами, перехваченными лентой, подавала ей белый балахон с колокольчиками и шаровары. Ее колокольчики на рукавах тихо позванивали, а лицо было скрыто вуалью. Дебора поклонилась ей, приняла сверток, развернула и облачилась в балахон. Вначале ей показалось, что он огромен. Секунду спустя он стал точно по размеру. А потом словно тысячи маленьких игл болезненно впились в тело. Дебора хотела крикнуть, но не смогла. Девушка взмахнула рукой, колокольчики зазвенели, и Дебора даже не испытала ужаса, когда поняла, что слышит теперь в этом звоне голос девушки:
-- Теперь ты одна из нас. Пойдем со мной, тебе необходимо получить имя.

В новой Башне Смотритель сразу почувствовал другого Смотрителя. Он уже ждал на пороге: худой, в ярком халате с причудливыми вышивками. Лицо его излучало тихий синий свет, но его желтые глаза были спокойны и немного насмешливы. На лбу черная тилака, а на его шее красовалось ожерелье из маленьких причудливых черепов.
-- Привет! А я хотел, чтобы ты поселился со мной в одном доме. Кстати, твоя швейная машинка у меня. Дервиши перепутали этаж?
-- Думаю, они специально. Я могу ее забрать?
-- Конечно! Но сначала пойдем, угощу чаем.
-- Чего ты так на меня смотришь? -- спросил Смотритель, заметив, что новый знакомый его пристально разглядывает.
-- Ты похож на святого отца! -- хохотнул сосед.
-- А ты на демона. Ты шиваит?
-- Я и есть демон, -- тихо и серьезно ответил он.

Рано утром привратник Хаим идет к гончару Эльмиру за новыми чашками. У Эльмира очередь и балаган. Дервиши ставят представление у ворот, развлекая прибывший в Белый Город караван. Люди сидят на тюках и аплодируют девушкам с колокольчиками на белых одеждах. Легкими движениями и звоном создаются и декорации, и костюмы, музыка, слова и даже запахи. Потом все пропадает, как мираж в пустыне. Седьмые ворота каким-то образом попадают сразу в несколько торговых путей разных миров, так что около них, в паре километров от городской стены, уже возник палаточный городок. Из-за этого очередь в Белый Город несколько поредела. Но все еще есть те, кто знают, чего ищут, и пытаются пройти Привратника. Хаим уже думал уходить, но вдруг заметил среди дервишей новенькую, которую недавно пропускал через свои ворота. Он попытался вспомнить ее имя, но ощутил только головную боль -- у нее, должно быть, уже есть новое имя. Однако девушка узнала его и улыбнулась, махнув рукой. Запахло кофе и булочками с корицей. Распахнулись ставни, в них показалась кудрявая черноволосая голова. Смуглый юноша, почти мальчишка. Его можно было принять за развозчика еды, каких в Городе сотни, если бы не его глаза без зрачков, похожие на ровную зеркальную гладь. В них запрещалось смотреть.
-- Мир тебе, Хаим! Опять за чашками? Заходи!
Эльмир приглашающе махнул рукой, Хаим шагнул вперед и пропал.

Караванщики, увлеченные представлением дервишей, ничего не заметили. Только молодая девушка, переодетая парнем, внимательно посмотрела в то место, где только что стоял Хаим. Чары дервишей на нее не действовали, а время истекало. Она поднялась со своего места и побежала в сторону стены, которая как будто и не думала приближаться. Это заметила одна из дервишей, та самая, которая тоже обернулась к якобы пустому месту и улыбнулась ему. Она быстро и бесшумно, несмотря на колокольчики, покинула место представления и оказалась рядом с беглянкой.
И тогда принцесса далекой страны, переодетая караванщиком Мехмедом, услышала в голове голос:
-- Я знаю, кто ты и чего ты ищешь. Ты попадешь в Белый Город, если послужишь мне...
-- Я согласна! -- выпалила принцесса и обнаружила, что прижимается к городской стене спиной, а перед ней стоит та самая девушка-дервиш. А сами они стоят на узком тротуаре очень оживленной улицы.