Лиана, покачиваясь на лампочке, ничего не ответила.
Я выключил свет и сел за стол. Пыль на кухонном гарнитуре мерцала в темноте то ли в свете луны, то ли так казалось мне после путешествия в Пристань. Миры начали смешиваться, но я не заметил, когда это произошло. Я слишком давно забил на попытки сделать мою жизнь в мире, где лежало в "квартире сопровождения" мое тело, более "пристойной". В фантики из приличных слов был завернут мой приговор: мое тело слишком больное, чтобы жить здесь. Возможно, оно скоро умрет. Так сказали даже не мне, моим родителям, после моего совершеннолетия. Они приняли решение о моем переезде на сопровождаемую квартиру, "для моего же блага". Меня вынесли, как мешок с мусором. До этого момента мое тело (которое приравняли ко мне) подавало надежды, потом, видимо, перестало.

Возможно, оно скоро умрет, мое тело. Я ждал смерть со дня на день, а она не приходила. Так прошел год, два... Тогда я пошел ей навстречу. Так возникла Пристань.
Так я изобрел технику погружений. Не полностью сам - читал то, что находил про боевых магов. Мне давали читать все: какая разница, что читает смертник в своей комфортабельной камере-одиночке? Он не будет шатать политический строй. Тут они оказались правы: мне даром не нужно захватывать их мир, я хочу уйти в свой. Насовсем.

Я устал ждать смерть. Все мне врут. Никто не знает, когда я умру, но обращаются со мной так, будто я уже не человек. Я не хочу быть их экспериментальным образцом. Я готовил переход слишком долго, чтобы вот именно сейчас все сорвалось... Но с Пристанью что-то явно не так.

Я дошел в ванную, помылся, не включая свет. Надел чистые шаровары и рубаху, добрел до кровати, улегся на свой антипролежневый матрас (спасибо, очень удобно, можно уходить на сутки и больше), и начал погружение.

Глубокий вдох - глубокий выдох. Повторить три раза. Глубочайший вдох - задержка - глубочайший выдох...

Я оставляю вам здесь свое тело. Счастливо оставаться, неудачники...

Вдох - выдох, вдох --

Я вдохнул ароматы горьких трав и открыл глаза. Красные светила уже зашли, надо мной посреди лиловой темноты горел огромный белый шар. Я встал, отряхнул прилипшую землю и мох и пошел на маленький огонек вдали. Избушка Сторожа ждала меня. Я залез правой рукой в карман куртки и нащупал клочок бумаги. Надо не читать, а просто отдать Сторожу. Меня разбирало любопытство, что там. Ненавижу эти прилипчивые бумажки: "прочитай меня!".

Я пошел быстрее, стараясь не думать о пищащей в моем кармане подорожной грамоте, на разные голоса умоляющие прочесть ее, "хотя бы одним глазком"...
[20.10.2023]