К пятому веку Новой Эры Кевин всё решительнее склонялся к скорому запуску проекта «Стигма». Согласно первоначальному замыслу, «Стигма» предназначалась быть крайней мерой на случай провала остальных инициатив. Однако другие проекты «Мотыльков» не дали ожидаемого результата.
Под давлением обстоятельств Кевин переступил черту. Он начал полевые испытания, выбрав деревню в качестве полигона. Узнав об этом жестоком эксперименте, Су был потрясён решением лучшего друга. Следуя проекту «Регулятор», порученному Доктором МЭЙ, он принял решение: настал момент остановить Кевина.
Проект «Стигма» прямо противоречил моральным убеждениям Су. Ни он сам, ни Кевин не были богами и не имели права так распоряжаться человеческими судьбами. Для Кевина же это была лишь цена, которую необходимо заплатить, даже если его руки будут запачканы кровью. Су решился на крайний шаг. Когда Кевин явился в его Пузырьковый Мир, между ними возник конфликт. Су активировал Первую Силу Второго Ключа, и Пузырьковый Мир начал погружаться на дно Квантового Моря, навсегда запирая обоих в ином измерении.
Перед окончательным погружением у Кевина оставалось время: уничтожив ядро Второго Ключа, он мог сорвать план Су. Су был готов пожертвовать собой, лишь бы не дать Кевину разрушить Ключ и вырваться наружу. Однако в последний момент Кевин заморозил пламя Правосудия Шамаша — он не смог предать и убить своего близкого друга. Он вытолкнул Су за пределы Пузырькового Мира, сказав продолжить проект «Валука», поскольку верил, что Су найдёт иной путь победить Хонкай.
Так, проект «Регулятор» фактически выполнил свою задачу: Кевин оказался запечатан в Квантовом Море, а человечество получило время, чтобы найти собственное решение. Су же, движимый виной за предательство доверия лучшего друга, засел в Семени Сумеру, изучая миры в поисках иного пути к победе над Хонкаем.
Во время своего заточения Кевин утопал в воспоминаниях о друзьях и прошлом, дремал и ждал возможности освободиться. Иногда он помогал Касланам пробуждать стигмату их рода, временно заменяя Волю Стигматы. Из воспоминаний Кевина даже сформировался отдельный Пузырьковый Мир, куда позже попала Зеле во время событий арки Квантового Моря. Там существовал отдельный Кевин, а события в этом мире отражали историю пробуждения Двенадцатого Херршера.
После выхода Амфореуса часть фанатов начали трактовать заточение Кевина как 1500-летний цикл повторяющихся событий прошлого, пытаясь найти отсылки к Каослане. Это лишь фанатский миф. На самом деле, Кевин просто погружался в воспоминания, как и любой человек, оказавшийся в одиночестве. Кроме того, подобная теория не соответствует здравому смыслу и официальным источникам: Кевин никогда не заменял сознание других версий себя из Пузырей. А слова самого Кевина и Воли Стигматы подтверждают, что он занимался совсем другими вещами.
Дюрандаль: Я слышала, что у семьи Каслана есть семейная клятва, которая помогает им, когда они оказываются в безвыходном положении. Ты… та самая клятва?
Воля Стигматы: Зависит от того, как на это посмотреть. Моя задача — помочь им пробудить силу, скрытую в Стигмате. Всё остальное — либо воздействие самой Стигмы, либо их собственная стойкость, как ты и сказала.
Кроме того, когда случается что-то непредвиденное, появляется настоящий он и берёт мои обязанности на себя. Но это было лишь способом скоротать время, пока он был запечатан в Квантовом Море на краю мира и ему нечем было заняться. Теперь, когда он обрёл свободу… не думаю, что у него остался к этому особый интерес.
Находясь в Квантовом Море, Кевин встречался с несколькими персонажами — Зеле, Вельтом и Эйнштейн. В манге же «Второй Ключ» ясно показано, что, когда Су в последний раз решил взглянуть на лучшего друга, понимая, что его собственный путь, возможно, вскоре подойдёт к концу, Кевин не пребывал ни в каких циклах или ином подобном состоянии, а даже почувствовал прощальный взгляд Су на себе.
Таким образом, утверждение о том, что Кевин якобы буквально находился в «циклах прошлого», — не более чем фанатская додумка и попытка выдать желаемое за действительное.
#сюжет