Скоро будет 2 года, как Седа Сулейманова была похищена родственниками и пропала без вести. По информации правозащитников — убита. Что делают для расследования этого преступления власти?

Вот характерный пример. В апреле 2024 года чеченские следователи предложили мне, как свидетелю по делу Седы, пройти тест на полиграфе (детектор лжи) — по месту жительства, в Питере. Я согласилась. Мне сказали, что со мной свяжутся, но после этого они не вспоминали про полиграф больше года. И только на днях мне позвонили и снова предложили его пройти — на этот раз в Чеченской Республике (поездка за мой счёт). Я сказала, что пройти тест согласна, но по месту жительства. Вероятно, ещё через год они наконец пригласят меня пройти полиграф в Питере. Скорость работы следствия по делу об убийстве говорит сама за себя.

Что касается вышестоящих властных структур, то и они работают не быстрее чеченского СК. Из федерального Следкома до сих пор не пришёл ответ на обращение с более чем 5 тысячами физических подписей — которое к ним перенаправили из Администрации президента. Прокуратура отреагировала чуть более оперативно, но совершенно бессмысленно: одна из организаторок кампании по сбору подписей, Варвара Кошелева, получила ответ, согласно которому наше обращение перенаправлено в Чечню.

Большинство (и я в том числе) не получили ответ также и на обращения, направленные в СК напрямую. А те, кто ответ получили — узнали лишь, что запрос в очередной раз перенаправлен в Чечню.

Из хороших новостей — партия «Яблоко» запустила свою кампанию — по отправке открыток с требованием к президенту взять дело Седы на личный контроль. Будет ли получен ответ на этот раз — вопрос риторический. Вполне возможно, что открытки тоже перешлют в Чечню.

...Что ещё можно сделать? В данный момент, как мне кажется, единственное, что можно делать — это не сдаваться и продолжать распространять информацию о Седе. Рано или поздно наступит «окно возможностей», когда перемены будут возможны. А пока остаётся только не давать людям забыть и увеличивать огласку.