«Много есть таких Сед Сулеймановых»: что мне сказали в отделе в Грозном

В отделе меня, как и в прошлый раз, вели то в один кабинет, то в другой, то говорили стоять и ждать где-нибудь в коридоре, сопровождающие постоянно менялись, и я не всегда понимала, за кем именно мне идти. Между собой все говорили по-чеченски, я понимала только отдельные русские слова. Однако, когда они увидели по базе, что ранее в Питере у меня уже были административки за пикеты, они обрадовались, это было понятно. Слова «повторное нарушение» прозвучали несколько раз и явно удовлетворенным тоном.

Когда они общались со мной, в основном вели себя вежливо. Спрашивали меня, кто такая Седа, откуда я её знаю, не блогер ли я? Когда я говорила, что Седу убили, они спрашивали, а не та ли это, кто в Армению уехала? Я думаю, они имели в виду Айшат Баймурадову. Были и те, кто помнил дело Седы Сулеймановой. Один сотрудник сказал, что помнит, что я уже приезжала в прошлом году с пикетом. Другой стал гуглить мои фотографии с прошлых пикетов в интернете и спрашивать «это ты? а это тоже ты?».

Не дословно, но близко к тексту помню свой диалог с одним из полицейских:

— Что она сделала, почему родственники убили её?
— Она сбежала из дома. И не просто сбежала, она собиралась в Питере выйти замуж...
— Выйти замуж — это не преступление...
— Она встречалась в Питере с русским парнем и собиралась выйти за него замуж. Её родственники посчитали, что этим она их обесчестила.
— А, ну тогда понятно.

Никто прямо не говорил, что они знают, что Седа убита, но никто и не удивлялся, не возражал, не пытался доказать мне, что убийство девушки собственными родственниками — вещь немыслимая. Один из полицейских в какой-то момент задумчиво произнёс:

— Много есть таких Сед Сулеймановых...

Адвоката ко мне пропустили довольно быстро, вроде никаких препятствий ей не чинили. Единственное, чем мне угрожали — это тем, что задержат меня до суда. Но в итоге решили отпустить. Конечно, я думаю, они не сами там решали что со мной делать — а просто ждали звонка от вышестоящего начальства. В протоколе написали, что я проводила одиночный пикет. В этом, на их взгляд, и заключалось моё правонарушение. На всякий случай напомню, что одиночный пикет не запрещён на территории Российской Федерации, более того, в отличие от митингов, или пикетов, проводимых несколькими участниками, его не требуется ни с кем заранее согласовывать.

Однако кого волнует, что там в законе написано? Не знаю, будет ли в итоге суд, но если будет, у меня ноль сомнений в том, что меня не оправдают, а обвинят. Приговорят скорее всего к огромного штрафу, хотя теоретически возможен и арест на 30 суток. В общем, поживём, увидим.